— Ваше высочество слишком любезны. Какие могут быть счеты между друзьями?!
— Граф Лотар, как обычно, был выше всяческих похвал, — самодовольно объявил Дюрер.
Дисмасу было не до восхвалений. Он тревожился. Ему так и не удалось убедить герцога Карла в необходимости напасть на преследователей прежде, чем они явятся в Шамбери. А вдруг они прибудут к воротам Затворников с неопровержимыми доказательствами своих полномочий? Например, с верительной грамотой, носящей подлинную печать императора. Тогда замысел Дисмаса развалится, словно стены Трои. Раздастся стук в дверь, в апартаменты ворвутся савойские гвардейцы, арестуют Дисмаса, Дюрера и всех остальных и немедленно препроводят в пустующий застенок на сеанс
Впрочем, были и другие заботы. Что замышляет Карафа? Как он собирается похитить святой саван Господень? Вдобавок Дисмас пока еще не придумал, как именно подменить истинную плащаницу Дюреровой.
— О вероломство, имя тебе — Франциск? — язвительно повторил он. — Сильно сказано, что уж там. О тщеславие, имя тебе — Дюрер.
— Ты, безусловно, так же далек от сценического искусства, как и от всякого другого, — с насмешкой сказал Дюрер. — Для вас, швейцарцев, сход лавины — уже спектакль, а выгон скотины из хлева на летние пастбища — настоящая драма. Перед этими феериями меркнут все трагедии Софокла и Эсхила!
— Да уж, драмы сегодня у нас было предостаточно. Я все ждал, когда ты обнажишь меч и с криком «Смерть Франциску!» сиганешь в окно.
— А мне понравилось, — заявил Маркус.
— Спасибо. Отрадно слышать, что среди гельветских автохтонов хоть кто-то способен по достоинству оценить высокий артистизм, — сказал Дюрер и гордо прошествовал на кухню.
— Он всегда у вас такой обидчивый? — спросил Маркус.
Дисмас пожал плечами:
— Одно слово — художник.
Ближе к обеду действительно раздался стук в дверь. Дисмас похолодел. Оказалось, слуга принес послание от Ростанга, с извещением, что репетиция состоится в Святой капелле в четыре часа пополудни.
— Репетиция?
— Репетиция завтрашней живой картины, мастер Руфус. Тайная вечеря.
— Ах да…
За всеми прочими представлениями Дисмас совершенно позабыл о живой картине.
Он замолотил кулаком в запертую дверь опочивальни Дюрера. Нарс куксился, обидевшись на Дисмаса за то, что тот не сумел проявить должного восхищения очередным свидетельством гениальности друга. Наконец дверь приоткрылась. Дюрер одарил Дисмаса угрюмым взглядом.
— Вас вызывают на бис, — сообщил Дисмас и вручил ему записку от Ростанга.
В урочный час Дисмас, Дюрер и Магда пришли в капеллу. Подготовка была в разгаре. По столам раскладывали костюмы, а рабочие деловито устанавливали гигантский расписной задник с панорамой древнего Иерусалима в полнолуние.
— Чудовищно, — вполголоса пробормотал Дюрер.
Святую капеллу спешно преображали в Сионскую горницу, где Иисус с учениками вкусил пасхальный ужин накануне своей гибели. Под высокими сводами капеллы натянули фальшивый потолок из шатерного холста, чтобы сделать горницу поуютней. Перед алтарем поставили большой деревянный стол с тринадцатью стульями — для Иисуса и дюжины апостолов. К окончанию банкета одно место будет пустовать: Иуда улизнет совершать свое предательское дело.
К ним подошел Ростанг — изможденный заботами, но, по обыкновению, кипуче деятельный — и поклонился графу Лотару:
— А вот и возлюбленный ученик Иисуса, м-гм!
— Довольно эффектно, — одобрил Дюрер сценическое оформление.
— Его высочество крайне придирчивы к мелочам. Тем более в инсценировке Тайной вечери!
Слуга повел Дюрера в ризницу — надеть костюм апостола Иоанна.
— А чем я могу помочь? — спросила Магда и, прежде чем Ростанг успел ответить, предложила: — Надо поглядеть, не найдется ли дел на кухне.
— Славная девушка, — сказал Ростанг. — Экая жалость, м-гм!
— Жалость?
— Что она монахиня, м-гм!
— А-а, это да, — улыбнулся Дисмас.
Понизив голос, Ростанг сказал:
— Есть новости, мастер Руфус.
— Слушаю.
— Я попрошу вас покамест держать их в тайне. Его высочество категорически не желает, чтобы что-либо помешало представлению живой картины и последующему явлению плащаницы. Донесение из Вюртемберга было верным, м-гм!
— Вот как? — взволнованно сказал Дисмас.
— М-гм! Час назад провокаторы попытались войти в город через ворота Затворников. Пятнадцать человек, как мы и предполагали. Слава богу, что, благодаря вашей предупредительности, Вильер организовал им достойную встречу.
— Они… сопротивлялись?
— Недолго, м-гм! Когда вас окружают лучшие бойцы савоярской гвардии с арбалетами наперевес, то положение быстро становится очевидным.
— И они отрицают свои намерения? — отважился уточнить Дисмас.
