Со времени Менгли-Гирея изменились пределы Литовской Руси на Юге, т. е. со стороны Киевщины и Подолья. При Ольгерде эти пределы далеко выдвинулись в татарские степи, а при Витовте они достигли берегов Черного моря. Он старался оградить свои южные окраины от Татар построением новых крепостей и обновлением старых. Так он вновь укрепил древний Канев, а ниже его по Днепру основал Черкасы и Кременчуг; на острове Тавани, т. е. на главном перевозе в низовьях Днепра, поставил таможню; при море построил крепость на месте позднейшего Очакова и устроил гавань на Гаджибейской бухте или на месте нынешней Одессы. При устье Днестра, против Монкастро или Аккермана, он поставил замок; а выше на Днестре возникла крепость Тягин, названная впоследствии Бендеры. Кроме того, упоминаются в соседней степи и другие крепости и замки. Но Литовско-Русское государство потеряло эти южные окраины в царствование совсем неэнергичного Казимира IV, гораздо более занятого частыми сеймами и помянутыми выше распрями Литво-Руссов с Поляками, чем обороною своих границ. Менгли-Гирей завоевал и уничтожил крепости, основанные при море и в близкой к нему степи, и распространил сюда кочевья своей Орды. Вследствие частых татарских набегов и опустошений, вскоре между этими кочевьями и населенною частью Киевской области образовалась широкая пустынная полоса земли, долго потом служившая поприщем постоянной войны между русскими колонистами с одной стороны и татарскими хищниками с другой{66}.
Стремление Пскова к самобытности и борьба с Немцами. — Присоединение Эстонии к Ливонскому Ордену. — Пожары и вражда партий в Новгороде. — Его борьба со Шведами. — Король Магнус. — Болотовский договор и Псков, младший брат Новгорода. — Владыка Василий и неудачная попытка церковной самостоятельности в Новгороде и Пскове. — Отпадение Заволочья и возвращение его. — Внутренние новгородские смуты. — Голод и моровая язва. — Владыка Евфимий II. — Поход Василия Темного и Яжелбицкий договор. — Зависимые отношения Пскова к Москве. — Церковные дела в Пскове. — Политический строй Новгорода и правительственный совет. — Пятины. — Община Псковская и ее устройство. — Заметки Ланнуа и любопытная икона.
Политическая история Великого Новгорода в XIV и XV веках представляет постоянное колебание, сначала между Тверским и Московским влиянием, а потом между Московским и Литовским, пока Москва постепенно не взяла верх над своими соперниками и не уничтожила Новгородской самобытности. В то же время Новгородцы продолжали исконную борьбу за прибрежья Финского залива с своими заморскими соседями Шведами; а Псковичи должны были по-прежнему отстаивать русские пределы со стороны Ливонских Немцев. История этой эпохи усложняется еще взаимными неладами этих двух вечевых общин или собственно стремлением Пскова к своему обособлению, к политическому и церковному отделению от Новгорода — стремлением, которое увенчалось успехом относительно политического, но не церковного.
Мы видели, что в первый период борьбы между Тверью и Москвою Новгородцы приняли сторону Московского князя против более близкого соседа, т. е. Михаила Ярославича Тверского, от которого они терпели разные притеснения. Но когда усилилась Москва, то она в свою очередь также стала теснить Новгородскую землю. Начиная с Ивана Калиты, почти все великие князья Московские стараются подчинить себе Великий Новгород, т. е. держать в нем своих наместников, стеснять его вольности, собирать с него как можно более даней и присваивать себе его волости. Но в это время Западная Русь собиралась под властью великих князей Литовских, и Новгородцы иногда ищут у этих последних поддержки против притязаний Москвы. Так, во время ссоры с Иваном Калитой, они вошли в сношения с Гедимином; призвали к себе его сына Наримонта, крещеного по православному обряду, и дали на содержание ему и его дружине доходы с городов Ладоги, Орехова, половины Копорья и с Корельской земли, конечно с условием защищать северо-западные Новогородские пределы от внешних неприятелей, которыми в то время были Шведы (1333). Но по-видимому Наримонт, не отличавшийся деятельным, предприимчивым характером, недолго оставался в Новогородской земле.
