Алексей уже несколько раз набирал номер телефона Димы, но вместо его голоса слышал другой. Электронный и безжизненный, который сообщал ему о том, что его абонент не может ответить на звонок. Какое-то нехорошее предчувствие засосало под ложечкой, грозя поставить ему окончательный диагноз паранойи. Ветров быстро поднял трубку и набрал номер типографии, чтобы узнать появлялся там Дима или нет, и привез ли он материалы. Но на том конце провода тоже никто не отвечал. Паранойя начинала прогрессировать семимильными шагами.
А когда через несколько минут позвонил его мобильный телефон и ему сообщили, что на их типографии пожар, Алексею показалось, что земля ушла из-под ног. Схватив ключи от автомобиля со стола, он за считанные секунды оказался на улице. Забравшись в салон и повернув ключ в зажигании, он рванул с припаркованного места и всю дорогу проклинал себя за то, что наступил на одни и те же грабли дважды. Он снова отпустил Диму одного. А тот вновь оказался не в нужном месте и не в нужное время.
На место он приехал почти одновременно с пожарными, с ужасом видя черные клубы дыма, поднимающиеся над зданием. У входа толпились люди и Алексей, окончательно обезумев от тех страшных картин, которые уже бесконечное количество раз нарисовало его воспаленное воображение, выскочил из машины. У него опять перед глазами всплыл пережитый им кошмар. Обездвиженный и окровавленный Дима. Пока он пытался растолкать собравшихся зевак, пробираясь к входу.
Кто-то крепко схватил его за руку, и Алексей обернулся, бросив на него безумный взгляд. Но когда он наткнулся им на светлые зеленые глаза, волна ни с чем несравнимого облегчения прошла по его телу, моментально приводя его в некое ватное состояние. Алексей сгреб Дмитрия в охапку, крепко прижимая к себе.
— Все в порядке, — прошептал Дима, — со мной все в порядке, честно.
— Теперь только с наручниками, — выдохнул Алексей, чувствуя, как начинают дрожать его руки от пережитого эмоционального стресса. — Господи, что случилось?
— Я не знаю, — Дима отстранился, и они вместе посмотрели, как пожарные гасят огонь. — Было что-то наподобие взрыва. Я ненадолго отключился, а когда пришел в себя, уже повсюду горел огонь. Кто-то помог мне выбраться. Никто не пострадал.
За исключением, разумеется, самой типографии и нового оборудования. Ветров даже приблизительно сейчас не представлял тех убытков, которые они понесли, но в сравнении с тем, что он мог потерять Диму, это в данную минуту не имело никакого значения. Он снова крепко обнял его, даже не задумываясь над тем, что вокруг толпится куча людей.
Через какое-то время к ним подошел один из пожарных. Алексей представился и поинтересовался, что стало причиной взрыва. Но однозначного ответа на свой вопрос так и не получил. Ясно было только, что это не проводка. Его заверили, что как только они установят причину, сразу же поставят его в известность. Он забрал Диму и отвез его домой, а затем снова вернулся на работу в ожидании новостей.
И новости эти оказались неутешительными. Все оборудование было приведено в негодность, готовые материалы к новому выпуску сожжены дотла. Даже не смотря на то, что типография была застрахована, на ее восстановление уйдет куча времени. Не говоря уже о сроках выпуска нового номера. Вывод, все больше обретающий четкие очертания, звучал, как приговор. Они обречены. Разорены. Уничтожены.
Финансирования нет, типографии нет, их делу пришел конец. Даже если Алексей решится взять ссуду в банке, он не знал, сможет ли потом выкрутиться так, чтобы как-то поставить все на ноги, а потом еще и погасить ее. Это был последний. Седьмой круг Ада. Где что бы ты ни делал, как бы ты ни боролся, ты все равно не мог ничего изменить. Это был тот самый конец, который с легкостью пресекал на корню все их слабые потуги остаться на плаву.
Он набрал номер телефона Никиты и сообщил ему, что все, что осталось от их издания, как раз уместится в короткий незаметный некролог. Затем положил трубку и устало направился домой. Дима видел, как Алексей мучается и ничего не мог сделать, чтобы облегчить эти мучения. Он лег рядом с ним на кровать и просто обнял, пытаясь поделиться своей энергией, своей любовью. Они не разговаривали. Не целовались. Просто лежали. Обнявшись.
Но самая шокирующая новость ждала Ветрова на следующий день. Причина, вызвавшая пожар, не была простой случайностью. Пожарные обнаружили остатки взрывоопасного вещества на месте предполагаемого очага взрыва. Кто-то подстроил это. И в том, кто был на такое способен, Алексей ни секунды не сомневался. Пусть не своими личными руками, но с его легкой подачи уж точно. Следующий мощный удар был нанесен по его слабому месту. Сначала Дима. Теперь его дело. Перед чем еще не остановится Гришаев? Что еще он может разрушить? Что если он решится причинить зло своему сыну снова?