Алексей открыл дверь к себе в квартиру и прошел к холодильнику, извлекая из него бутылку холодного пива. Повернув пальцами крышку, он приложил горлышко к губам, чувствуя, как приятная прохладная жидкость струится по его горлу, спускаясь к внутренностям.
— Как прошла встреча?
Дима подошел сзади, мягко обняв его и коснувшись губами плеча.
— Не так чтобы совсем хорошо, — взглянув на бутылку в руках, произнес Алекс.
Естественно, говорить о небольшой потасовке в мужском туалете с его отцом он не собирался.
— Не удалось никого уговорить?
Алексей отрицательно покачал головой. Дима видел как тому тяжело, но в этом случае он никак и ничем не мог ему помочь.
— Не нужно было тебе печатать ту мою статью, — вздохнул он, — все твои проблемы начались после нее.
— Все мои проблемы начались после того, как я принял спонсорство твоего отца, и это не имеет никакого отношения к твоей статье, которую если ты помнишь, я лично одобрил на этой самой кухне. С каких это пор свобода слова стала у нас запрещена?
— Да, только после этой самой свободы слова ты сейчас в заднице по самое дальше некуда, — напомнил Дима.
С этим было трудно спорить. Алексей поставил бутылку на стол и, повернувшись, обнял Диму, прижимая его ближе к себе и черпая в нем душевное успокоение.
— Единственное, за что я искренне благодарен твоему сволочному родителю, так это за то, что он оказался способным произвести тебя на свет, — прошептал он, запуская пальцы в волосы Димы.
— У вас с ним разные мнения на сей счет, — вздохнул тот, но сильнее прижался к Алексею.
Их объятия всегда напоминали какой-то необъяснимый обмен энергией. Алекс напитывался спокойствием и уравновешенностью, а Дима черпал в Алексее уверенность и силу. Наконец, Ветров мягко отпустил его и, заглянув в глаза, произнес:
— Да пошел он…
Дмитрий засмеялся и поцеловал его.
— Хочешь, я потру тебе спинку? — игриво предложил он.
— Весь день только об этом и мечтаю, — прошептал Алекс, увлекая его за собой на второй уровень в ванную.
Если в их с Дмитрием отношениях все вновь более-менее стабилизировалось, то на работе ситуация ухудшалась день ото дня. Поиски новых спонсоров не сдвинулись ни на йоту, а те, что и были, тоже потихоньку норовили ускользнуть с тонущего корабля. Алексей все дни проводил, не вылезая из документаций и телефона, но никаких ощутимых результатов это пока не приносило. На носу был очередной выпуск, на который у них пока еще хватало средств, а что делать дальше Ветров не имел ни малейшего понятия.
Вечером, когда он в очередной раз был погружен в свои заботы и тяжелые мысли в его кабинете раздался телефонный звонок. Оказалось, что Никита по каким-то причинам до сих пор не отвез материалы в типографию и, пообещав выяснить, в чем дело, Алексей положил трубку и направился к Нику в кабинет. Распахнув дверь, он с удивлением не обнаружил там своего друга, хотя рабочий день еще не окончился.
— Где Никита? — поинтересовался он у Димы.
— Так ты же его отпустил, — удивился тот его вопросу.
Алексей начал припоминать, что где-то посреди дня к нему заглянул Ник с зеленым цветом лица и пожаловался на какое-то отравление.
— Твою мать, — выругался он.
— Что-то случилось?
— Ник должен был сегодня отвезти материалы для нового выпуска в типографию, и, как выяснилось, естественно, этого не сделал. Ты не знаешь, где они могут быть?
Дима поднялся со своего места и подошел к столу Никиты. Перебрав папки, лежащие там, он нашел то, что интересовало Алексея.
— Вот они, — он взял одну из них в руки, и предложил. — Давай я отвезу.
Алексей немного замялся, но выбора не было. Он не мог прямо сейчас уйти.
— Хорошо. Только, Дим, туда и обратно.
— Ладно, — улыбнулся он, и подошел ближе. — Я знаю, что ты меня еще пока только наручниками к себе не приковал, но я уже большой мальчик и в состоянии самостоятельно передвигаться по городу.
— Я серьезно, — мягко проговорил он, — и позвонишь, как доберешься.
Коснувшись его губ быстрым поцелуем, он вышел из кабинета, но через мгновение заглянул обратно:
— Кстати, насчет наручников отличная идея, — плотоядно улыбнулся он.
— Алексей Петрович… — качая головой, засмеялся Дима.
Он захватил необходимые материалы, спрятав их в свою сумку и надев ее через голову, вышел из кабинета, закрыв дверь на ключ. До места он добрался за полчаса и там его уже ждали. Выполнив свое поручение, он ненадолго задержался, осматривая типографию. За всю свою будущность журналистом он ни разу, тем не менее, не был в этом тайном месте, откуда и выходит конечный результат, именуемый прессой. Повсюду витал запах краски и бумаги, а пространство было наполнено шумом печатного оборудования. Ему разрешили немного осмотреться, и Дима с удовольствием совершил небольшую экскурсию по печатному цеху.
Он остановился у одного из станков и внимательно смотрел за его работой, когда боковое зрение уловило яркую вспышку света откуда-то сбоку, и в следующую секунду какой-то мощный толчок сбил его с ног, оглушая и моментально засасывая в черную дыру, где не было ни времени, ни ощущений, ни мыслей. Он потерял сознание.
