Пробежавшись по торговому центру, я купила свитер, короткие резиновые сапожки и легкую утепленную куртку и почувствовала себя лучше. Переоделась в примерочной, сложила свои вещи в пакет и поняла, что готова гулять. Оставалось дождаться звонка Руслана. Но ждать в помещении не хотелось, и я решила прогуляться по Невскому. Взяв в небольшом киоске стакан апельсинового фреша, я вышла на улицу. Дождь закончился, но, насколько я знала Питер, это не говорило о том, что он не начнется, едва я отойду метров на сто. Мне всегда нравился запах этого города – слегка отдающий болотом и сыростью, но это придавало какое-то неуловимое очарование всему – брусчатке, крышам домов, довольно узким улочкам и дворам-колодцам. Такой атмосферы, как здесь, я не встречала больше нигде, хотя по миру много поездила. В Питер влюбляешься как-то мгновенно, сразу, – и эта любовь на всю жизнь. Правда, это не у всех так. Светик, например, терпеть не мог этот город, а гастроли здесь считал наказанием. Его раздражала и погода, и сервис, и люди – словом, все то, что нравилось мне. Иногда я начинала подозревать, что он не любит Питер в пику мне, чтобы досадить. Надо будет спросить у Руслана, как он относится к этому городу, кстати.
Я медленно шла по Невскому в сторону Дворцовой площади, потягивая сок через трубочку. Мимо меня просеменила довольно большая группа японцев в прозрачных дождевиках и резиновых сапогах. Остановились по команде экскурсовода, вынули фотоаппараты и камеры, сделали снимки мемориальной доски на доме, сообщавшей, что эта сторона при артобстреле особенно опасна, и снова организованно засеменили в сторону вокзала. Я дошла до Аничкова моста, постояла у перил, глядя на серую воду. Руслан все не звонил, я бросила взгляд на часы – время приближалось к пяти, хотелось есть, и можно было зайти в какое-нибудь кафе, но нужно дождаться Алиева. А он все не звонил…
Я прождала звонка до восьми, замерзла, гуляя туда-сюда по Невскому, и очень разозлилась – притащил меня сюда, бросил одну… Все, хватит, иначе простужусь, решила я и ступила на край тротуара, поднимая руку. Таксист появился мгновенно, и я, устроившись на заднем сиденье машины, назвала адрес.
Поднявшись в номер, я сразу пошла в душ и включила горячую воду – нужно согреться. Правда, ужинать тоже надо; пожалуй, закажу в номер, чтобы не выходить под вновь начавшийся дождь. Руслан так и не позвонил, и злоба моя усилилась стократно – ну, не можешь набрать, отправь хотя бы СМС, я спокойно лягу спать, поужинав в одиночестве, вот и все!
К ночи я начала волноваться. Совершенно не похоже на Руслана – вот так молчать весь день, зная, что я жду. Тогда я решила позвонить сама. Вынув из сумки телефон, я моментально поняла причину загадочного молчания Руслана… Мой мобильный был выключен – батарея разрядилась… Воткнув зарядное устройство в розетку, я набрала номер. Алиев ответил после первого же гудка, словно держал трубку в руке и ждал:
– Алло, Варя! Что случилось, где ты? Я еду к тебе в отель, ты там?
– Руслан, прости меня, ради бога, – совсем забыла про батарейку в телефоне, она разрядилась… Я в отеле, но не думаю, что тебе стоит…
– Тогда выходи на Невский, дождя нет, пойдем поужинаем.
Ужинать я уже не хотела – заказ в номер оказался настолько большим и вкусным, что думать о еде я не очень могла. Но ничего – просто выпью чаю.
Признаться, мне стало намного легче – все же собственная дурость выглядела куда предпочтительнее невнимания любовника.
Руслан ждал меня на углу Гончарной и Невского, и по его виду невозможно было сказать, что этот человек вхож в любые кабинеты Кремля, например, – обычный мужик в джинсах и темно-синей куртке, с черным зонтом в руке.
– Ты меня напугала, – обнимая меня, признался Руслан, – думал, что ты на что-то обиделась и уехала в Москву.
– Прости, я виновата, – устраиваясь у него под рукой и обнимая за талию, призналась я, – даже не понимаю, как так вышло, я обычно внимательна в таких вопросах.
– Ничего… Просто постарайся больше так не делать, хорошо? Я уже не мальчик, чтобы так волноваться и каждую секунду смотреть на дисплей телефона.
– Надеюсь, что не сорвала тебе ничего государственного?
– Нет, но была близка к этому. Поэтому сейчас мы идем ужинать, а потом все-таки кататься по каналам – есть ночная прогулка. Хочешь?
– Конечно.
Мы нашли какой-то паб на Лиговке, выбрали стол в самом дальнем зале, чтобы не оказаться среди немецких туристов, увлеченно смотревших по большому телевизору футбольный матч, и Руслан заказал себе порцию ягненка и темное пиво, а мне – красный чай с фруктами. Я смотрела в окно, за которым по освещенной улице двигались машины и прогуливались люди, обрадованные отсутствием дождя, и мне было так хорошо и спокойно, как не было уже давно.
– О чем задумалась? – спросил Руслан, занося вилку и нож над довольно большой порцией мяса.
