— Не очень вежливо разводить меня вашими с Диной играми в «случайно всплывшее фото», Шубинский. Вас
Лицо Шубинского заметно напрягается.
Сморщенная старческая кожа натягивается на скулы как на барабан, но даже так морщин и рытвин на его роже меньше не становится.
— Это ведь вы нашил Дениса, да? — Продолжаю раскручивать с каждой секундой все более понятную историю, которая предшествовала нашим сегодняшним «посиделкам». — Сначала вбросили мне историю про прошлое Влада, потом в руки Дины «по воле божественного провидения» попало это фото. И вишенка на торте — Денис, который очевидно настолько болен, что скажет абсолютно все взамен на волшебное «лекарство».
— Такая красивая дерзость, — скрипит зубами Шубинский, — жаль, что все в песок.
— Аня, — Денис выразительно щелкает зубами. — Это он его убил.
— Нет! — Я мотаю головой. — Ты не обязан повторять здесь то, что тебя заставляет говорить этот человек. Денис, клянусь, что здесь Шубинский тебя даже пальцем не сможет тронуть. Я не позволю. Мы справимся и все…
— Он убил нашего отца, Ань, — трясется брат и в панике обхватывает руками капюшон на голове, как будто пытается с его помощью полностью вдавить голову в плечи. — Я… видел. Я своими глазами видел, Аня! Он ему шею просто вот так свернул!
Щелкает пальцами, и от резкости этого звука мои внутренности моментально леденеют.
— Я тебе… не верю.
Это же просто смешно.
Причем тут вообще наш отец?!
Да какие дела могли быть у Влада и человека, который просто строил магазины и продавал бытовую технику? Что за чушь?!
— Аня, Аня… слушай!
Как будто в последней отчаянной попытке что-то кому-то доказать, Денис внезапно вскакивает на ноги, с силой отшвыривает Шубинского, который пытается его остановить, налетает на меня.
Хватает за плечи.
Трясет так сильно, что у меня голова болтается как кукольная на слишком тонком и слабом шарнире.
— Аня, я видел, понимаешь?! Просто раз — и все!
— Влад не мог… — Я пытаюсь сфокусировать свое зрение хотя бы на чем-то, но перед глазами, кроме самой красивой в мире улыбки Влада почему-то больше совсем ничего нет.
— Аня, да послушай ты!!! — Дергает мен за плечи, роняя на пол, на колени, сам садится рядом и рвано шепчет. — Отец хотел… он меня… Блядь, господи, сука! Наш отец… Аня, он был просто конченным сумасшедшим монстром!
Денис плачет, и эти слезы как будто прочерчивают давно потерянные следи жизни на его покрытом серой болью лице.
— Никого не слушай, Аня! Грей… блядь! Если бы не он… Сука! Да я бы в петлю полез, Аня! Не слушай этих…
Он не успевает договорить, потому что сверху нас накрывает длинная тень и на голову Дениса с тяжестью обрушивается тяжелый стакан.
Я так ошеломлена, что в первые секунды у меня напрочь отказывают все функции — речевая, моторная, даже, кажется, зрительная. Я просто смотрю, как Денис вяло обмякает мне под ноги, но почему-то не падает, а просто сидя расплывается, как снеговик в теплую погоду. Его голова свешивается, капюшон полностью закрывает лицо, а с макушки стекают потоки воды и битое стекло.
— Он ведь обидеть тебя хотел, да? — Дина стоит над нами и смотрит на меня взглядом а ля «ну и что ты мне скажешь?»
— Именно, — поддакивает Шубинский. — Я свидетель — у парня совсем голова сломалась, не узнал родную сестру.
Я обхватываю Дениса руками, притягиваю к себе, пытаясь привести в чувство.
Слава богу, он дышит, но кажется таким невесомым в моих руках, как будто это я — почти на две головы выше него.
— Ты что делаешь? — Дина пытается помешать мне достать телефон.
— Я вызываю «скорую».
— Ты в своем уме?! — Она буквально набрасывается на меня, но я запросто — откуда только берутся силы — отбиваю пинком ее руки.
Получается, наверное, довольно грубо, потому что Дина моментально отскакивает, спотыкается на своих здоровенных платформах и только чудом удерживает равновесие, приземляясь задом на кофейный столик.
В этот момент Денис слабо стонет, и я мысленно благодарю все Высшие силы всех религий за то, что с ним все в порядке. Относительно данного момента, само собой, но думать настолько наперед я пока не готова.
Нельзя съесть слона за раз, даже если ты очень голодный.
Но можно попытаться по кусочку за раз.
Первый «кусочек» — забрать Дениса домой.
Второй — выйти отсюда целыми и невредимыми.
А дальше видно будет.
Раздумывать над словами брата сейчас точно не первостепенная задача.
— Вызови охрану. — Я смотрю на Дину и очень надеюсь, что она осознает хотя бы часть моей решительности.
— Или что? Победишь жаловаться Грею? — Она фыркает, но уже и в половину не так самонадеянно как раньше. Как будто еще сама не решали, каким боком ей вылезет наша «маленькая ссора».
— Да, именно. — Даю понять, что готова набрать его номер.