Итак, я, как мне кажется установил, опираясь на достаточно ясные понятия, и дал распознать по достаточно явным признакам истинных друзей и истинных врагов народа; я также вполне доказал, насколько важно их точно различать и не ошибаться. Надеюсь, я не исказил существа темы. Когда бы этот труд, небесполезный для общего дела хотя бы по одному своему предмету, нашел многих читателей! Если он только сможет помочь какому-нибудь честному, но ослепленному и неосторожному гражданину открыть глаза на окружающие всех нас опасности, если сможет побудить какого-нибудь честного и просвещенного, но нерадивого и робкого гражданина открыто заявить о своей приверженности общественному порядку, истинной свободе, истинному патриотизму, о своем неприятии ложной свободы, ложного патриотизма, театрального, напускного энтузиазма, я буду считать, что мои страдания не были напрасными. Я надеюсь, не скрою, что мои строки в состоянии произвести этот эффект. Поначалу я решил было не пытаться в настоящих обстоятельствах выйти из моей тени, не подавать безвестного голоса посреди этой разноголосицы, которую составляют глас общественного мнения и крики отдельных лиц, и в молчании ожидать завершения работы наших законодателей, не увеличивая толпы мертворожденных писак, произведенных на свет нашей революцией. Но затем я подумал, что пожертвовать своим самолюбием, быть может, и полезно и что каждый гражданин должен считать себя обязанным принести общественному благу патриотическую дань своих идей и взглядов. К тому же мне доставило бы некоторую радость заслужить уважение порядочных людей, вызвав ненависть и брань множества разоблаченных мною вредных путаников. Я решил послужить свободе, восстановив нанесенный ей их похвалами урон: если, как я все еще надеюсь, сила разума сокрушит этих людей, то хотя бы немного способствовать их падению — почетно; если же они восторжествуют, так уж лучше быть повешенным такими людьми, нежели считаться их другом.
У меня не было притязания сказать что-то совершенно новое и проложить глубокие, прежде неведомые пути; признавая, что подобная задача была бы мне не по силам, не могу не добавить, что нет ничего бесполезнее. К счастью, основополагающие принципы общественного благоденствия ныне хорошо известны и привычны всем порядочным людям, развивавшим свой ум; речь идет лишь о том, чтобы распространить эти принципы, посеять их и заставить дать всходы в том очень многочисленном классе, который включает много добродетельных и честных граждан, но которому бедность и жизнь, всецело посвященная физическому труду, не позволили усовершенствовать мыслительные способности длительными размышлениями, тренировкой разума, умственным образованием, благодаря чему только люди и научаются основывать все свои действия на четких и простых принципах. Вот какой недостаток в представителях этого класса следует восполнить. Речь идет только о том, чтобы дать им понять, увидеть, осязать, что нет, как я повторяю и как необходимо им повторять, нет на земле счастья, благосостояния, довольства без любви к порядку и справедливости, без повиновения законам, без уважения собственности и всех прав другого; что общественное спасение, национальное и личное благополучие зависят только от этого. Если ради достижения такого результата все благоразумные и добродетельные граждане объединятся в действенную и бдительную лигу, если, перестав гордо изрекать новые истины, они ограничатся тем, что будут открыто во всех случаях проявлять общие всем убеждения; если они будут проповедовать их повсюду, если все их голоса сольются во всеобщем хоре поддержки справедливости, здравого смысла и разума, тогда справедливость, здравый смысл, разум всегда будут торжествовать, а крики глупцов и злодеев всегда будут заглушены.
Таковы мотивы, породившие это сочинение, к которому я отнюдь не требую снисхождения; изложенные мной принципы не нуждаются в нем: что же касается стиля, то мне достаточно, если его сочтут ясным и простым.
Пасси[519], 24 августа 1790 г.
Зрелище всего происходящего на наших глазах в это столь богатое событиями время заставило меня набросать на бумаге без плана и без связи несколько размышлений о духе партий. Нет более обширного материала и никогда сочинение на эту тему не могло бы показаться более своевременным. Потому я решился опубликовать свои размышления, как они приходили мне на ум, не пытаясь внести в них большую стройность, коей они достигли бы, если бы были по меньшей мере сокращены. Я чувствую, что они могли бы быть короче и содержательнее. Но я буду считать их небесполезными, если они побудят других, которые увидят, чего мне не достает, взять перо и сказать больше и лучше, чем я. Будет неплохо, если все честные и благонамеренные граждане увидят, словно на картине, все то, что не перестает их поражать. Полагаю, что изображать пороки значит трудиться ради их искоренения.
