IС повязкой пышною надень златой наряд,О ты, Поэзия, богиня молодая!Пусть грозы времени светильник твой мрачат, —В уста Давида лей нектара сладкий яд,Кисть мудрую его венчая.В его твореньях блеск великолепных днейНам правду подтвердил моих былых речей:[480]Одной Свободы свет и лишь ее корона —Источник дивный красоты;10 Талант не возрастет велениями трона;Лишь вольная страна — его родное лоно.Там жизни юные цветы —Искусства славные под солнцем благодатнымРастут, победны и сильныСвоим блистаньем необъятным.Живой палитрой там глаза опьянены,Пещеры Пароса светлы богов рожденьем,И дышит бронза там, и портики полныСвященным мрамора движеньем.II20 О дева чудная с напевностью речей,О нимфа нежная, крылатая сирена!Немеет твой язык в палатах королей,Невернее твой шаг, величие — тусклейВ сетях условностей и плена.Мерцает твой огонь, бледнеет красота!Лишь гений творчества, свободная мечтаСокровища дарит; здесь власть твоя сверкает, —В природе, в вечности цветет.Здесь горд могучий шаг. Чело светло пылает,30 Касается небес. Огонь твой озаряет,Пронзает все сердца. И ждетСвобода от тебя пособничеств чудесных,Чтобы расторгнуть гнет оков.Слетая с губ твоих прелестных,Она невидимо минует крепь замков,И не страшат ее зубцы темницы мощной,Подъемные мосты, провалы черных рвовИ оклик стражи полунощной.IIIЕе могущество вещает речь твоя,40 Растит его в мужах, от знанья поседелых;Тобою спаяна, не страждет их семья;Ждут срока своего — сограждане, друзья,Во всех веках, во всех пределах.Давида за собой твой гений увлекал:Когда он к прошлому на лоно приникал,Уйдя в страну могил от родины плененной, —То под божественной рукойГорело полотно светло и упоенно:Цикута горькая, вино вражды бессонной,50 Сократу давшее покой;И первый консул, тот, чья твердость нерушима,Кто больше консул, чем отец,У ног возлюбленного РимаВкусивший злую скорбь всех доблестных сердец;И нищенский обол[481] — последний дар герою;И павший ниц Албан, — вот дел его венец,Дививший мир своей игрою.IVБлестящей кисти плод сегодня озарилХудожеством своим грядущего стремнину.60 Великий Марафон и кровь его могилБессмертны гением.[482] Он ныне посвятилОтчизне дивную картину.Страдала родина; иссякла кровь ее;В груди — последний вздох. Познать лицо своеЕй не было дано. В предсмертные минутыОвеял страх ее вождей,И прочь ушли они. Среди ужасной смутыСама должна она свои расторгнуть путы.На три сословья с давних дней70 Мы все разделены, у всех нас жребий розный.А ныне слуги алтаря,Знать и народ, простой и грозный,Пошлют избранников, их властью одаря.Версаль их ждет давно, — и воли стяг у входаИ три дворца зовут, ворота отворя,Сих представителей народа.VНо вот жрецы и знать. Сей золоченый дымСвоею властью горд, и древней, и суровой,Веками темноты, простертыми пред ним,80 И предков славою, и золотом своим.Но равенства святое словоРевнивый только смех родит на их устах;В надменные сердца вселяют черный страхВожди, которые правам народа рады,Сильны страданьями отцов,Достоинством своим, — и не ища награды,Сумеют сокрушить столетней лжи преграды.Сенат народа уж готов.Здесь, на груди своей, где Франция пылает,90 Сенаты гордые он слитьВозжаждал. Вот он начинает.Он должен видеть все. Закон и строй творить,Доверьем облечен, проникнуть все глубины,И мудрою рукой бестрепетно раскрытьНесчастий тайные причины.VIНе смеет враг, дрожа, поднять на них руки.Но хочет устрашить их бойнею кровавой.Вожди сбираются; но у ворот полкиОтбрасывают их, и злобные штыки100 Грозят им казнью и расправой.Ужель бегут они? Нет, нет! Возмущены,Они скитаются, толпой окружены:Не так ли, матерью готовясь стать, Латона,Добыча некой силы злой,Ища себе приют, брела во время оно,Чтобы родить богов златого небосклона?Они нашли дворец пустой:Упругой сеткою, и легкой, и покорной,Ты, юность золотая, там110 Кидаешь часто мяч проворный,Игрою резвою даруя мощь рукам.Избранникам страны обитель та простаяЯвилась Делосом. О вечной славы храм!Закона колыбель святая!VIIНи яшмой дорогой, ни золотом венковНе будем украшать то дивное жилище,Что славно ветхостью. Но пусть во мгле вековОно царит меж всех и замков, и домов;Пусть мертвый плачет на кладбище,120 Коль родины дворца так и не видел он;Пусть Мекка и Саис, пусть Дельфы и Сион[483]Поклонников своих утешат меньше хоры,Чем верных Франции сыновУтешит этот храм. Пусть вечно видят взорыСословье третие, сих твердых средь позораСвободы радостных творцов;Пусть видят, как пришли, отвагою пылая,Сквозь бурю, ливень и сквозь гром,Когда им ночь грозила злая;130 Как все они в ту ночь, в пылании одном,Здесь обнялись — друзья под этой крышей милой,Клянясь иль победить, иль лечь в сраженьи том,Но Францию исполнить силой.VIIIКлянясь не разойтись, не подаривши намЗакона твердого и власти справедливой:И прибавлял народ, на них взиравший там,К восторженных слезам, к смятенным голосамРукоплесканий шум счастливый.О день! Триумфа день! Святой, бессмертный день!140 Прекраснейший, чем тот, когда Беллоны сеньБлагословила вдруг тебя, о Хлодвиг гордый![484]О солнце, бег ладьи своейОстановило ты, дивясь на подвиг твердый,И слушало тех клятв священные аккорды!День коронованных лучей!Потомство видишь ты с твоих пресветлых взгорий,К тебе летит его приветСквозь даль туманную историй!Нетленный твой маяк, веков почет и свет,150 Во тьму грядущего свои вперяет очи:Так огнекудрый бег прекраснейших кометПронзает мрачный сумрак ночи.IXЧто делал между тем оставшийся сенат?Он, увенчав себя, чело нахмурив важно,И митрам, и крестам, и горностаю рад,Пытался доказать, что он, как прежде, свят,И помешать мечте отважной;И, Францию презрев, восставить свой закон,И снова возвратить блаженство тех времен,160 Когда народному не внемля вовсе стону,Тирана вышнего лакейДелил сокровища, отчизну и корону.Но равенство на страх тому синедрионуНашло и в нем своих друзей:Вот несколько вельмож, круг пастырей почтенный,Водимый девственной рукой, —Рукою совести нетленной, —К французам истинным явился той порой,Покинув всех жрецов с их злым высокомерьем,170 Богатства пышные, безумцев знатных ройС их родовитым суеверьем.XНо скоро и для сих настал последний срок.О разум царственный, небесной силы полный!Могучий твой порыв скитальцев всех дорогСгоняет на одну. Вот мощный мчит потокУмиротворенные волны.И в общее русло ничтожные ручьиСливают все струи, все имена свои.О Франция, пребудь всех матерей блаженней!180 Не плачь о злобе сыновей,Которым не найти занятия презренней,Чем быть нам братьями: отрекшись заблуждений,Все на груди слились твоей...Но что это? Обман? — У вод спокойной СеныЗачем труба на бой зовет?Зачем узрели наши стеныВраждебный легион, что кровью обольетПрекрасной Франции священные угодья?Дворцовых евнухов над чем хохочет сброд?190 О, смейся, подлое отродье!XIО, смейся, ты, толпа низвергнутых владык,Развратников, убийц! Но дышит твердь грозою,Но скованных огней вулкан кипящ и дик,Но львов раскованных ужасен гордый лик,И он сверкает пред тобою.Смотри! Народ восстал! Народ приемлет власть.Все им побеждено. И бронзовую пастьТы, тирании зверь, оскалил здесь напрасно:И сотни глаз, и сотни рук,200 И чрево серное, где гром гремит согласно,Напрасно нам грозят, — слабея ежечасно,Ты скоро запылаешь вдругВо взрывах яростных зубчатых стен и башен,В крушеньи мерзостей твоих.И ад Бастилии не страшен:Всем бурям брошенный, растерзан он и тих.Развейся, склеп гнилой, лети, как пепл могильный,Свобода дивная из тех гробниц пустых,Горда, прекрасна и всесильна,XII210 Встает. И молнией в блистаньи облаковТри цвета[485] яркие в ее руке пылают,Как знамя длинное. Гремит победный зов,И звоны голоса, как голоса богов,Мужей из праха созидают.Трепещет круг земной. Она рвет траур свой.Надеждой, гордостью ликует род людской,И башни черные воспламенились сами.А там, на всех концах землиТираны бледные со страхом и слезами220 Над потрясенными, над жалкими венцамиВ смятеньи руки вознесли.На шум ее огня из сел летит проворноСолдат великий легионИ, мчась, как снег лавины горной,Погибель мчит на наш мятежный бастион;Но от меча лучей в ее зажженных взорахОни, возникшие, как вихрь, со всех сторон,Бегут и исчезают в норах.XIIIРодится гражданин; и строй иных солдат,230 Как жатва пышная, на нивах возрастает:С церериным серпом встает за рядом ряд,И с помощью сынов, что смерть сразить хотят,Отчизна вольная свергаетНичтожных королей, изменников, лгунов,Железных рыцарей, наемных хвастунов,И злого ханжества слепое исступленье!Народ французский! Властелин!Тебе несу цветы любви и песнопенья!Восставь свои права, вступи в свои владенья.240 С тобой под уровень одинСвятое равенство все сгладит пред собою.Твой выбор гордо и светлоРодит великих. За тобоюПодъемлет род людской поникшее чело.И перед нацией, законным господином,Склонило голову властительное зло,И доблесть вознеслась к вершинам!XIVНарод, что стар и нов! Расцветшие стволыДеревьев вековых! Народ преображенный!250 Ты — Феникс, что возник из пепла и золы!Я вам несу привет, чьи факелы светлыИ путь нам кажут неуклонный.Париж на вас глядит, надежд его сыны!Вы — нации отцы, вы — зодчие страны,Вы, кто сумеете составить для народаЗаконов мудрых вечный свод;В нем право первое и древняя свобода, —Свобода милая, священный дар природы, —В веках отныне расцветет.260 Вы покорили все. И рабства нет отныне.Препятствий пала злая рать.Вы стали твердо на вершине.Учитесь же теперь от долге помышлять.Носители добра, от вас мы ждем немало:Самих себя и всех сумейте обуздать,Сходить учитесь с пьедестала.XVБудь гражданин всегда. И помни — каждый часВо всеоружьи ты — муж мудрого совета.Мужи! Свободный мой услышьте ныне глас!270 Судья, народ, и вождь, и каждый здесь из насПусть строго держится завета:Не мните о себе. Таим в душе своейМы властолюбие. Опасен этот змей,[486]Как гибельный анчар с блестящею корою.Нам отравляют бытиеВладычество и власть приманкою пустою;Избыток сил влечет желанья за собою:Кто много может, хочет все.Доверьем облечен, в сверкании величья280 Забыть гуманность может онИ ласковый язык приличья.В препонах дух велик и, ими возбужден,Влечется к славе он, — в ней счастье и утеха, —И гибнет, собственной победой побежден,На рифах быстрого успеха.XVIНо независимость, народы озаря,Да не доставит им ошибок тех в наследство.Держите в берегах грозящие моря.Народу вашему свободу подаря,290 Вы буйное смиряйте детствоИ к правде, к равенству, туда, где долг и строй,Свободу юную ведите за собой.Пусть никакой позор не омрачает мига.Порвавши цепь обид былых,Пусть молодой народ в волненьи бурном сдвигаЯрмо постыдное, убийственное игоС себя не сложит на других.Ваш первый долг — не дать ему освирепелоВ порыве темном зверских сил300 Пятнать свое и ваше дело.Не опускайте впредь вы мудрости удил,Дабы законность мог он защищать со славойИ сталью гибельной, огнем не отомстилСвое поруганное право.XVIIНарод, не будем мнить, что все разрешено.Пусть жадные льстецы не помыкают вами,Всевластные вожди! Глядите, — к вам давноВниманье палачей с надеждой склонено:Убийств они вздувают пламя310 И, нашу спесь дразня, позоря право, честь,Возводит нашу страсть в закон их злая лесть.Как часто слабый дух подвержен их мученьям!Везде предательство ища,И гневу нашему, и ложным подозреньямОни обильный дар несут своим внушеньем:Так, черным ядом трепеща,Как виселица, ждет казнимых злое древо.Безумный пир они ведутОбиды, крови, казней, гнева, —320 И каждый день — увы! — на эшафоте рвутТела уступленных звериной алчной пасти,У нас их смерть купив. И кровью сей живутНа нас направленные страсти.XVIIIСвобода бережет устойчивость весовРукою праведной, и радостен светильникПрав человеческих: их шлет небес покров.Народ, свободы дух не зол и не суров;Его не ведает насильник.О низкие льстецы! Пусть смерть сразит скорей330 Вас, развратители народов и царей!Любовь к властителю, к законности отраднойИз уст их лживо точит мед.Но ненависть и страх — вот бог их кровожадный.[487]На доблесть светлую язык тупой и хладныйБесчестие и злобу льет.О, зверь раздавленный и снова возрожденный,Всегда готовый быть царем,Калигулами[488] окруженный!Так, если слабый брат погибнет под ножом340 Преступной волею своих сильнейших братий,И если победит убийца, если домРодной застонет от проклятий, —XIXТогда восторг. “Народ! Владычный суд сверши!” —Так говорят льстецы: их ложь неистребима.Не вы ль кричали встарь: “Восторг!” — когда в тишиПевец-тиран,[489] пьяня кровавый мрак души,Рукоплескал пожару Рима?Не так же ль вы, льстецы противной стороны,Мир убиваете? Различны, но равны350 В одном безумии вы к безднам равноценнымСвоих толкаете владык:Один, Вандал тупой, в смирении надменном,Царем желая быть и псом одновременно,Ползет, подъемля гнева крик;Другой на свой кинжал печать закона ставит,Но, как жестокий господин,Он брата слабого раздавит.И пусть один — король, другой пусть — гражданин, —Под масками видны порочные уроды.360 И, друг на друга встав, не знает ни одинОтчизны, правды и свободы.XXНесут им фимиам и ночь, и свет зари;Хваленья — фанатизм угрюмый разжигают.Страдальцы, палачи, тираны, бунтари,Согласья и любви служители, цари, —Поочередно меч вздымают.И жаждет небеса против земли поднятьПрезревшая закон воинственная рать, —Несчастья сеятель, слепой, неодолимый...370 Но нет! Один лишь Божий глазПроникнет сердца мрак, для нас неизъяснимый:Пускай преступного сто раз освободим мы,Чем без вины убьем хоть раз.Есть тысячи лжецов, питомцев лицемерья,Но есть достойные мужи,Святые жертвы легковерья.Оставим жалобы. Пусть зреет плод в тиши.О доблесть, ты жива! И есть сердца меж нами,В ком к родине любовь без чванства и без лжи380 Святое возжигает пламя.XXIВы, души мудрые, где истина звенит, —Как скалы твердые, в игре валов смятенной,О разум, века сын, бессмертен твой гранит!Да днесь закона власть он миром осенит!А вы, вы хищники вселенной,Тираны гордые, хмельные короли,Откройте очи! Там вы видите ль вдали, —Нездешний ураган грядущего отмщеньяВстает на вас? О, верьте мне!390 Предотвращайте вихрь и верное паденьеИ нации своей вы облегчайте звенья,А тяжесть короля — стране.Сотрите с их груди, израненной в страданьях,Следы насильнических ног.Глаголет небо в сих рыданьях!О, если б добрый царь у нас смирить их мог,Иль если б добрый меч, рабов спаситель, взмахом,Сверкнув над вами вдруг, сердца бы вам ожегСпасительным и вещим страхом!XXII400 Познайте истину и голос всех времен,Что право короля не есть причуда злая.И если скипетр ваш дерзнет попрать закон, —Убийцы, падайте! Дрожи, коварный трон!Закона матерь пресвятая —Свобода светлая, дочь Франции родной,За человека мстить, злодейство звать на бой,Несется над землей, суда взвивая знамя.Дрожите! Грозен светоч глаз!Ступайте же на суд, ответ держите сами,410 Без свиты, без венца, забытые льстецами,Без стражи, что умрет за вас!И рок уже влечет, жестокий и победный,На это вышний трибуналВеличий ваших призрак бледный.Все слезы там сольет она в один кристалл,И, грозный судия, — в деснице молний взмахи, —Народа вонмет стон, — и скипетров металлПадет, рассыпавшись во прахе!
