<До 1822>
Юность вещего*
(Куростров. Ищут Михаила. Находят его. Ночь перед отплытием в дальний путь.)
Орел, едва лишь пухом оперенный,Едва в себе почуял дерзость сил,Рассек эфир, с размаху воспарил;Хор птиц, его явленьем изумленный,Неспорный крик ему навстречу шлет.Нет! Дерзость тех очей и тот полетНе зрит себе ни равных, ни преслушныхИ властвует в селеньях он воздушных.Не так между людьми: ах! от пеленТомится столько лет ревнитель славы!Еще томится возмужалый он,Отвержен и не признан, угнетен…Судьба! О, как тверды твои уставы!Великим – средь Австралии зыбейИль в Севера снегах, везде одно лиПрисуждено? – Искать желанной долиПутем вражды, препятствий и скорбей!И тот певец, кому никто не смеетВослед ступить из бардов сих времен,Пред кем святая Русь благоговеет,Он отроком, безвестен и презрен,Сын рыбаря, чудовищ земноводныхЛовитвой жил; в пучинах ледяных,Душой алкая стран и дел иных,Изнемогал в усилиях бесплодных!..<1823>
Давид*
Не славен в братии измлада,Юнейший у отца я был,Пастух родительского стада;И се! внезапно богу силОрган мои создали руки,Псалтырь1 устроили персты.О! кто до горней высотыКо господу воскрилит звуки?..Услышал сам господь творец,Шлет ангела, и светлозрачныйС высот летит на долы злачны,Взял от родительских овец,Елеем благости небеснойМеня помазал.Что ж сииВелики братии мои?Кичливы крепостью телесной!Но в них дух божий, бога сил,Господень дух не препочил.Иноплеменнику не с ними,Далече страх я отгоня,Во сретенье исшел: меняОн проклял идолми своими;Но я мечом над ним взыграл,Сразил его и обезглавил,И стыд отечества отъял,Сынов Израиля прославил!<1823>
«Крылами порхая, стрелами звеня…»*
Крылами порхая, стрелами звеня,Любовь вопрошала кого-то:Ах! есть ли что легче на свете меня?Решите задачу Эрота.Любовь и любовь, решу я как раз,Сама себя легче бывает подчас.Есть песня такая:Легко себе друга сыскала АглаяИ легче тогоЗабыла его.<Декабрь 1823 – январь 1824>
Романс*
Ах! точно ль никогда ей в персях безмятежныхЖеланье тайное не волновало кровь?Еще не сведала тоски, томлений нежных?Еще не знает про любовь?Ах! точно ли никто, счастливец, не сыскался,Ей друг? по сердцу ей? который бы сгоралВ объятиях ее? в них негой упивался,Роскошствовал и обмирал?Нет! Нет! Куда влекусь неробкими мечтами?Тот друг, тот избранный: он где-нибудь, он есть.Любви волшебство! рай! восторги! трепет! – Вами,Нет! – не моей душе процвесть.<Декабрь 1823 – январь 1824>
Эпиграммы*