Вот от невесты он примчался,Ее покинув лишь на миг;С разгульной жизнью он расстался,И скоро свадьбе быть у них.И вот он весел и прекрасен,И только грезит, что об ней:Как взор ее небесный ясен,Как темен мрак ее кудрей;Какой Дианой[153] молодоюОна проходит меж подруг.Но вдруг поник он головою,И бледен, смутен стал он вдруг.И так сидел, потупя очи,На зов любви не полетел,И целый день до темной ночиПромолвить слова не хотел.Уж не ревнивое ль сомненьеУспело радость омрачить,Или блеснуло убежденье,Что он не будет уж любить?Иль этот дар заветной розыНапомнил, может быть, укор,Разлуку давнюю и слезы,Другой, когда-то милый взор?< 1840-е годы>«Как до времени, прежде старости…»{94}
Как до времени, прежде старостиМы дотла сожгли наши радости.Хоть и нет седин в молодых кудрях,Хоть не тух огонь в молодых очах,Хоть и кровь кипит, у нас силы есть,А мы отжили, хоть в могилу несть.Лишь в одном у нас нет сомнения:Мы — несчастное поколение.Перед нами жизнь безотрадная —Не пробудится сердце хладное.Нам чуть тридцать лет, а уж жизни нет,Без плода упал наш весенний цвет.<40-е годы>«Стоят паликары кругом…»{95}
Стоят паликары[154] кругом,Заслушались речи поэта.В крови было платье на нем,За поясом два пистолета.Изранен и бледен был он;Но блещут орлиные взгляды…Пред ним зеленел Марафон[155],Плескалося море Эллады[156].«На брань, паликары, на брань!При вас ли мечи и пищали?Брат-грек! за отчизну восстань,Как предки твои восставали!Ведь это отчизна чудес! —Здесь слышались речи Платона[157],Здесь Фидием[158] создан Зевес,Возникли столпы Парфенона[159].Не здесь ли, Эллада, твой сынРазвил необъятные силы?Бессмертен, друзья, Саламин[160]!Лишь в Греции есть Фермопилы[161].Когда же постыдную даньНа вольных орлов налагали?На брань, паликары, на брань!При вас ли мечи и пищали?»— «При нас! — паликары гремят.Во имя Христа и Софии!За нас великаны стоят —Друзья из далекой России.Уж грозно их блещут штыкиНа бреге заметном Дуная:Как тучи, находят полкиСпасителей бедного края».6 декабря 1853 года«Нескучное наскучило…»{96}
Нескучное[162] наскучило,Новинское[163] старо,На Пресне пруд заплесневел,А в парке никого.В Сокольниках[164] не соколы,Вороны лишь живут,Там жители московскиеНе птиц — баклуши бьют.Нет, несколько подалееЯ от Москвы хочу,В Коломенское, в лагери,К кадетам укачу.Там дерево любимоеВеликого Петра[165],Там юные друзья мои,Туда пора, пора!«Расставаючись с столицей…»{97} [166]