А наш Христос есть не только Человек в прямом смысле и истинно, что имеет видимый образ, так как Он стал подобным нам во всем: и телом, и душой, и возрастом, и всеми другими свойствами человеческой природы, кроме греха, но и Богом по естеству и по истине, одним и тем же — тем и другим. Например, скажу так, как говорит в одном месте сам Златоуст: «Он на земле утомляется, а горе управляет стихиями; на земле алчет, а горе наводит дожди; на земле повинуется, а горе производит громы; на земле предстоит пред судилищем, а горе созерцает все». Поэтому он и сказал язычнику: «Наш Христос стенами не ограничивается», — и не думал, что надобно точнее объяснить это изречение из–за свирепствующей ныне ереси.
Но ясно, что утомляющегося, алчущего, повинующегося и предстоящего перед судилищем святой Иоанн, без сомнения, представлял изображаемым в телесном виде — или красками на стене, или на картине. Объяснять же предметы настолько очевидные ему не было причины. Ибо если он видел бесплотного Ангела на иконе, как он говорит, то неужели не созерцал воплотившегося Христа изображаемым на иконе? Безумно так думать об этом святом.
Итак, если они пользуются его словами для подтверждения своего нечестивого учения, то почему отвергают его же, не допуская изображений Ангела или кого–либо из богоносных мужей, тогда как Златоуст в одном месте говорит о святом Мелетии: «Как вы поступали с его именем, так поступали и с его изображением. Многие начертывали этот святой образ и на перстнях, вместо камней, и на стаканах, и на чашах, и на стенах брачных чертогов, и везде»? [ [171]]
Однако они не позволяют слушать и его. Относительно сказания о святом Панкратие: если неизвестно, кем оно написано, что из того? Почти все сказания о мучениках не имеют подписей, и, однако, они подлинные, и на них основываются учителя, составляя похвалы в честь мучеников. Святой Панкратий почитается в Сицилии, в величайшем храме, в котором, говорят, бывали и знамения. Таким образом, не принимающий сказания вместе с тем очевидно восстает и против мученика. Так об этом можно сказать в немногих словах. Ты же, сын мой, будь здоров и спасайся, и далеко отходи от Григория, чтобы он не погубил тебя, если будешь неосторожен.
Я прочел письмо твоего благочестия. Но для чего похвала, которую ты высказала нам, чуждым всего доброго? Для чего и требование назидательного слова от нас, которые не в состоянии напоить себя самих, не то что источать потоки для других? Впрочем, так как написано:
У тех, которые обращаются к общественной жизни, око ума не может быть так чисто, чтобы беспрепятственно взирать на красоту славы Божией, ибо они слепотствуют от плотского пристрастия, как будто от гноя. А нам, которым должно отречься от всего и заповедано взять только крест Христов, удобно созерцать Бога, т. е. ничего иного не иметь и ни о чем не думать, кроме того, как бы угодить Господу, служить Ему чистым сердцем, отвергнув всякое плотское расположение.
Да будет же ограда вашего заключения городом Божиим, украшенным добродетелями, как золотом, запертым ключами не только по телу, но и по духу! Итак, вам надлежит удаляться от лицезрения мужчин, привязанности к родным, дружбы ко всему миру и общаться только между собой, иметь одну душу и одно сердце, по примеру верующих в начале, при апостолах.
Игуменья пусть игуменствует, как будто представляя образ Христа, сначала
Таково краткое напоминание об этом. Я же, смиренный, увещеваю вас иметь вместе с доброй жизнью и чистую веру, ни в коем случае не вступать в общение с христоборной ересью, которая нисколько не отличается от иудейства, отвергая спасительное домостроительство Христово через отвержение досточтимых икон и Самого Христа, и Богородицы, и всех святых. Ибо образ тождествен первообразу по чести и поклонению, как, например, сам Животворящий Крест и его изображение.
Итак, не отрицайтесь Христа вы, носящие Христа в святом одеянии, чтобы этим не погубить столько трудов, которые вы переносите, проводя девственную жизнь в заключении, и не стать, — о если бы об этом ни мыслить, ни говорить! — на противоположной стороне. Но зная, что ни жизнь без правой веры, ни вера без божественных дел не может спасти, сияйте тем и другим во славу Божию, к хвале Церкви, к достижению обетованных вечных благ, молясь и о нас, грешных, чтобы нам спастись.