Сочинения полностью

Второе доказательство — древняя история. С самого вознесения Христова вселенная представляет Его досточтимую икону, начертанную в священных храмах. Что может быть удивительнее этого для доказательства истины? Ибо дело убедительнее слова, и глаз — свидетель более достоверный, чем слух.

Третье доказательство — изречения святых. В одном месте верховный апостол Петр говорит: «Вынеси икону Господа нашего Иисуса Христа и поставь ее на башне, чтобы народы видели, какой образ принял Сын Божий». В другом месте Василий Великий говорит: «Да будет изображен на картине и Подвигоположник в борьбе, Христос» [ [197]]. С ними согласны и все святые.

Четвертое доказательство — соборное определение. На Соборе, бывшем после шестого Вселенского, определено следующее: «Повелеваем отныне вместо ветхого агнца изображать образ Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа» [ [198]].

Если же и иконоборцы скажут, что их учение подтверждается теми же четырьмя доказательствами, то пусть они покажут, каким образом. Например, признают ли они тело таким, каково оно в действительности, или нет? Если оно таково, то они даже против воли должны будут исповедать, что Христос может изображаться на иконе. Иначе им, конечно, остается сказать, что тело не осязаемо и не имеет цвета. Ибо ничего среднего здесь нет, равно как и между вещественным и невещественным, видимым и невидимым. Но говорить, что Христос принял такое тело, свойственно манихеям, которые пустословили, будто спасительное домостроительство Христово было кажущимся и призрачным.

Что касается второго доказательства, то хотя бы они и умолчали об истине, камни возопиют, ибо вселенная озаряется иконой Христовой. Относительно третьего: противящиеся Петру и Василию Великому совершенно чужды двору Христову. Относительно четвертого: собор, называемый у них влахернским, собравшийся против иконы Христовой, был гораздо позднее Собора, созванного после шестого Вселенского Собора в защиту иконы Христовой. Последний принят пятью патриархами, а первый четырьмя предан анафеме, как христоборный. Притом и второй никейский, как согласный с собором, бывшим после шестого Собора, принимается пятью патриархами, а созванный ныне, для утверждения собора, бывшего во Влахернах против иконы Христовой, отвергается, как и тот [ [199]]. Таково краткое изложение истины и обличение противников.

Священное Писание говорит: Глас в Раме слышен, плач, и рыдание, и вопль великий; Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться (Мф.2:18). А я, несчастный, изменив это изречение, мог бы справедливо сказать: радостные вести дошли до нас от твоей досточестности, которыми следует восхищаться не только городу, но, можно сказать, почти всей поднебесной. Ибо истребил Господь не Сиона, царя аморрейского, и не Ога, царя васанского, царей малых и угнетавших малую часть вселенной (Числ. гл.21–24), а новоявленного и великого дракона, опустошавшего великую часть вселенной, змея коварного и шипевшего богохульством, мерзость запустения, сосуд гнева, сына Тавеилова (Ис.7:6), порождение Ахава, подобие Юлиана, полноту нечестия, гонителя Христа, врага Богородицы, противника всех святых.

Ибо, без сомнения, он был врагом и гонителем тех, чьи досточтимые изображения он преследовал и истреблял. Да возвеселятся небеса и да радуется земля (Пс.95:11), горы будут капать вином и холмы потекут молоком (Иоил.3:18; Пс.71:3). Пал враг, сокрушен мучитель наш, ибо уста говорящих неправду заградились (Пс.62:12), обуздана рука Авессалома, погиб жестокосердный фараон. Впрочем, не время и не место мне перечислять недостойные слушания качества этого злейшего дракона.

Прибавлю к сказанному следующее: отступнику надлежало таким образом, как ты описал, лишиться жизни, сыну тьмы надлежало ночью встретить смерть. Опустошавшему Божественные храмы надлежало в храме Господнем увидеть обнаженные против него мечи. Разрушившему божественный Жертвенник надлежало не найти спасения, прибегнув к нему, надлежало совершиться отсечению руки, простиравшейся на святыню. Надлежало гортани, изрыгавшей безбожное, быть пронзенной мечом, надлежало получить смертельный удар плечу, поднимавшемуся на оскорбление Христа, пролиться нечестивой крови за пролитие крови праведных, быть рассеченными богопротивным членам за рассечение и терзание членов и хребтов.

Надлежало ему подвергнуться неправедной смерти вместо смерти праведной и облечься в рубище вместо порфиры бесчестному семени. Я изображаю эту смерть, не радуясь падению нечестивого, но даже с воздыханиями и слезами, ибо злой зло погибнет, по изречению Неложного (Мф.21:41). Всякий, дерзко восстающий против Бога, получит и здесь соразмерное делам своим, не говоря уже о будущем и последнем огне, которому подвергнется всякий нечестивый и беззаконный.