Хвалю твою любовь к Богу, славлю твою воздержанность, твою любезность к ближнему, простоту, радостное настроение, приветливость. По благодати Христовой ты обладаешь не только этими качествами, но и большими. А теперь воспеваю и твою стойкость в исповедании Христовом. Было бы несправедливо лишить тебя, благоуспевшего в стольких отношениях, этой похвалы. Но, положив основание, тебе следует украшаться и прочим. Не станем дивиться, отец, тому, что гонение оказалось продолжительным. Ведь теперешнее не похоже на прошлое. Нам следует и еще подвергнуться искушениям, если только мы стремимся идти по следам наших отцов. Однако верую, что Господь не замедлит посетить нас, если только мы сохраним чувство благодарности Ему и среди горестей. Прошу тебя, пиши и ты нам, чтобы у нас был повод вновь написать тебе. Вместе с этим молись, чтобы и мы, недостойные, были спасены. Низко кланяюсь тем, кто решился служить твоему преподобию.
Мое письмо свидетельствует, что я помню о тебе, добрый друг. Да и можно ли забыть о тебе, так прекрасно расположенном к нам, а правильнее сказать — ко Христу? Это видно из того, что посреди еретического огня ты остаешься не опаленным, сохраняя в своем сердце источник Православия, в котором да будешь сохранен до конца. Это первое и самое главное. Во–вторых, из того, что братья наши, приходя туда, находят у тебя спасительную пристань от волнующей всех ереси; отдохнув там, благодаря твоему любезному для всех приему, они опять возвращаются к нам.
Какой радостью нас это наполняет! Какая награда ждет тебя за божественную службу, ибо Господь говорит:
Бог открыл нам многообразные пути спасения во всякое время, а особенно теперь, когда соблазны проникли в Церковь Христову и верные Божии испытываются, как в горниле. Одни подвизаются, заключенные за слово истины в темницах, другие — бичуемые и пытаемые; иные предпочли бегство, став по степени страданий на втором месте; некоторые переходят с места на место, везде оказывая словом помощь; иные тайно служат заключенным; иные принимают странствующих по дорогам ради Господа (Мф.25:35). Вот эти пути; их больше, чем я перечислил. И ты, человек Божий и верный служитель, являешься одним из таких, оказывая гостеприимство братьям нашим, странствующим во Христе.
Твой приезд, возлюбленный, взволновал меня. А прочитав твое письмо, я даже не поверил, что оно было подлинно, — так быстро ты обучился. Слава Господу, я перестал волноваться, возблагодарил Бога, с удовольствием принял ваше доброе решение: одному ехать в столицу, а другому пред Пасхой прибыть сюда, захватив с собою и все нужное к празднику. За то, что ты так заботишься о нашем смирении, да напитает тебя Господь от Своих духовных дарований.
Мы здравствуем телом; если же вы молитесь, то и духом. Поэтому, отложив тревогу о нас, с надеждой и радостью еще более горячо отдайся молитве. По милости Бога, по молитвам блаженного отца моего, а также и вашим, мы с благодарением, долготерпением и выносливостью проходим предлежащий нам подвиг, — и вот я совершенно неожиданно стал таким, каким никогда и не был с тех пор, как осознал, что есть добро и зло.
Это Божий дар, а не от наших дел; только и впредь не тяготитесь молить Бога за нас, как и мы молимся за вас. Если Святой Отец [[303]] оставил этот вопрос без ответа, то как мы, неучи, можем разрешить его? Впрочем, настоящая ересь есть во всяком случае отречение от Христа. Это ясно и по другим основаниям, ясно также и из слов, сказанных в Патерике одному брату, обуреваемому блудом: «Лучше тебе не оставить ни одной блудницы, чем отречься от почитания иконы Христовой». Значит, это не простая ересь, а ересь отречения от Христа. Если же кто–нибудь, ссылаясь на недоумение Лествичника, станет выбирать, впасть ли в блуд, или увлечься в ересь, ибо одно предпочтительнее другого, такого пусть устрашит решение, заключающееся в Патерике. И пусть он не предается ни блуду, ни христоборной ереси, ибо и то, и другое есть прелюбодеяние (измена Богу). Хотелось бы сказать еще больше, но письмо не вмещает. Будь здоров. Возвратившись, приветствуй братьев. После того, как с помощью Божией вернешься к братьям, приходи опять.