5. Вот все, что усмотрели на небе эфиопы. Позднее они передали соседним египтянам это еще не законченное учение, а египтяне, переняв от них наполовину завершенное искусство гадания, еще более вознесли его: меру каждого движения означили, установили лет исчисление, также месяцев и времен года. Для месяцев у них мерилом служит Луна и круг ее изменений, а года мерилом является Солнце и вращение Солнца.
6. Египтяне придумали и нечто более сложное, именно: из всего воздушного пространства с рассеянными по нему звездами, неподвижными, незыблемыми и никуда не влекомыми, выкроили они двенадцать долей, которыми проходят планеты. У этих созвездий своеобразные очертания, каждое из них, иное по форме, находит свой образ от того, что есть в море, от людей, зверей, птиц, домашнего скота.
7. От этого-то и святыни египетские оказываются столь разнообразными: не все египтяне гадали по всем двенадцати долям, — одни прибегали к одним созвездиям, другие — к иным; так, овна чтут те, которые совершали наблюдения в Овне, рыб не вкушают те, кто созвездие Рыб сделал своим знаком, также козла не убивают те, у которых в почете Козерог, а прочие, каждый в отдельности, почитают различное. И быку поклоняются египтяне в честь воздушного быка. Апис у египтян — величайшая святыня; он пасется по всей стране, и тамошние жители возлагают на него дачу прорицаний в знак пророческого дара небесного быка.
8. Немного спустя и ливийцы овладели этим учением, — ведь прорицалище ливийцев принадлежит Аммону, и является оно откровением мудрости, скрытой в воздушных пространствах, отчего изображают Аммона с ликом овна.
9. Познали это учение всесторонне и вавилоняне, по их словам даже ранее других, по моему же мнению, оно значительно позже достигло их.
10. Эллины ни от эфиопов, ни от египетян не слышали об астрологии, но им впервые Орфей, сын Эагра и Каллиопы, все это изложил, но не слишком ясно: Орфей не выставил учения на свет, но облек его в колдовской и священный язык. В этом смысле соорудил Орфей лиру, учредил таинства и установил познание знамения жертв, а семиструнная лира соответствовала соразмерности движения звезд. Орфей, обладая знанием и действуя с его помощью, все зачаровывал и все осиливал: у него не было иной лиры, как эта, и всякое другое музыкальное творчество было ему чуждо, — такова великая лира Орфея. Эллины в знак почитания определили ей долю неба и стали называть ряд звезд "Лирой Орфея". Если когда увидишь изображение Орфея в камне или исполненное краской, то посредине обычно будет восседать некто, подобный поющему с лирой в руках, а вокруг него стоит множество живых существ, среди которых находятся человек, бык, лев и всякие иные породы зверей.
11. Говорят, что Тиресий, беотиец, — слава об его пророчествах весьма высока, — среди эллинов стал разъяснять, какие из неподвижных звезд женские, какие мужские, и потому неодинаково их влияние. Вследствие этого Тиресия в мифах называют двуприродным и двояким в жизни: то женского, то мужского пола.
12. Уже во время спора Атрея и Фиеста об отцовском царстве для эллинов астрология и познание неба явно были важным делом, почему народное собрание аргивян признало, что править будет тот из братьев, кто превзойдет другого мудростью. Тогда-то Фиест указал согражданам на барана, отметив его в небесах, откуда и возник баснословный золотой овен Фиеста; Атрей же создал учение о Солнце и его восходах, что движение Солнца и небесного свода неодинаковы по своему стремлению, но один другому несутся навстречу; поэтому то, что ныне считают закатами, это — закаты небесного свода и вместе с тем Солнца восходы. Когда Атрей рассказал это, аргивяне сделали его царем, и велика стала слава его мудрости.
13. О Беллерофонте я думаю следующее: будто пернатое служило ему конем, я не очень верю; полагаю, что Беллерофонт в исканиях небесного знания и в размышлениях о возвышенном, общаясь со звездами, возносился на небо не на коне, а разумом.
14. То же необходимо сказать о Фриксе, сыне Адаманта, о котором выдумывают, будто он летал по воздуху на золотом баране. Конечно, таков и Дедал-афинянин. Необычен рассказ о нем, однако думаю, что в нем нет ничего несвойственного астрологии, — наоборот, Дедал умел ею пользоваться и сына своего обучил.
15. Икар по молодости и дерзости не стал стремиться к достижимому, но, вознесшись рассудком до небесного свода, отпал от истины, во всем уклонился от учения и был низвергнут в пучину неразрешимых вопросов. О нем эллины в мифах иначе рассказывают, сообразно с чем и залив в этом море по нему зовут Икаровым.
16. Возможно, и Пасифая, услышав от Дедала о появлении быка среди звезд, прониклась страстью к самому ученью астрологии, откуда возникло мнение, будто Дедал сосватал ее быку.
17. Некоторые разделили науку астрологию на части, и каждый сделал различные открытия, касающиеся Луны, звезды Зевса, Солнца, другие собрали сведения о пути небесных тел, их движении и влиянии.
18. Эндимион также изложил учение о Луне.
