Поэтому решили так: пока раненые выздоравливают, составить план действий – хотя бы на первое время, до возвращения Лома, Зана и Медка. А пока этот план не составлен, разбегаться неразумно, да в нынешней ситуации и опасно. К тому же городские квартиры осиц и Сидоровых находились все-таки не особо близко – не так просто собраться всем вместе при необходимости.
Хорошенько подумав и учтя пожелания друг друга, решили, что с Околотом в доме будут жить Силадан и Светуля с Анютой – мужчины в одной комнате, девушки в другой. Дом, в котором до этого успели пожить сталкеры, был поменьше околотовского, но главное, что у него целой была крыша, имелись стекла в окошках и можно было топить печь, а значит, и готовить на ней.
– Я буду спать на печи! – сразу заявил Дед.
– Может, молодые на ней спать захотят, – возразила Лива.
Но «молодые», Васюта с Олюшкой, выбрали для себя совсем крохотную, с одним окошком, горенку, предоставив комнату с печью для старших Сидоровых.
Кстати, в первый же вечер, с учетом, что самочувствие раненых не только не ухудшилось, но даже явно пошло на поправку, их в «сталкерское» жилище и переправили. А первое совместное совещание договорились провести на следующий день – как раз у них же, чтобы раненых лишний раз не тревожить. Правда, еще в этот вечер Васюта настоял на том, чтобы договориться хотя бы о том, как их новая группировка будет называться.
– Нельзя без названия, – категорично заявил он. – Если мы решили быть вместе, название должно нас объединять. Это все равно как знамя у воинского подразделения. Вот я точно вам говорю: будет название – тогда у нас все получится.
– Мы и так уже называемся, – процедила сквозь зубы Анюта, – «ОСА».
– Но теперь мы так называться не можем! – воскликнул Васюта. – У нас теперь вообще тогда «ВОСАСОСЕВ» какой-то получается…
– Сам ты… Вася Сосев!.. – насупилась осица.
– Так и я о том же! Не годится такой вариант. У нас вот было название «Сталкер», но без Лома с Заном и Медком я как бы не могу туда самолично людей набирать…
– Что еще за «сталкер»? – заинтересовалась Светуля.
Сочинитель охотно поделился информацией о сталкерах, почерпнутой им из компьютерных игр и книг родного мира. Дополненной к тому же и похождениями их группировки уже здесь.
– Да, это почти про нас, – закивала Светуля. – У нас и аномалий… ну, оказий по-нашему, хватает, и хабар… в смысле, артефакты эти, или гостинцы, как у нас их называют, собираем. Да и Помутнение как Зона и есть…
– Зона Севера, – сказал Васюта, – так мы ее договорились называть. Ну а все жители Мончетундровска, выходит, и есть сталкеры.
– Только вот сами вы, – посмотрев на осиц, подал голос Сис, – очень уж жестокие сталкерши получаетесь…
– Мы жестокие?! – свирепо зыркнула на него Анюта. – Да, жестокие. С теми, кто с нами жесток. А с остальными мы всего лишь жесткие. Ну так мягкотелым в Помутнении и не выжить. Или в этой, как он сказал, Зоне Севера. Вы сами-то за нами охотились по доброте душевной, что ли?
– Хорош лаяться! – прикрикнул Околот. – Если решили быть вместе, то старое пусть старым и останется, а сейчас новое начнется. И да, жесткими быть – это потребность, но жестокости не потерплю.
– Надо бы ее вообще искоренить попытаться, – поддержал его Силадан. – Я имею в виду – вообще в городе. Порядок навести. У меня и опыт кое-какой имеется.
– Вот уж не знаю, что из твоей затеи получится, – вздохнул его двойник, – но пытаться – да, надо бы, тем более раз уж нас теперь вон сколько. Только ведь и кутерьмы в городе больше стало теперь-то. Это еще скупщики не знают, что расклад поменялся. А когда узнают… – махнул он рукой и поскреб лысину. – Ладно, все, утро вечера мудренее, давайте расходиться по местам.
– Так а название-то! – всплеснул руками Васюта. – Сами же о порядке говорите, а он ведь с себя начинаться должен. Может, давайте, раз уж мы теперь не враждующие группировки, а одна команда, в которой все свои, так ее и назовем.
– «Одна команда»? – удивился Околот.
– Нет, – мотнул головой сочинитель. – «Все свои».
– Не, не подходит, – захихикал Дед и широко оскалился, показывая поредевшие зубы: – У меня уже не все.
– И вообще, – подал голос молчавший до этого Силадан, – это не для сталкерской группировки название, а для какой-нибудь кавээновской команды. Несерьезно как-то. И у меня, кстати, тоже не все свои, – ощерившись, щелкнул он ногтем по зубным протезам.
Васюта печально призадумался, но просветлел вдруг лицом.
– О! Я вот что придумал. Раз «Все свои» несерьезно, а по именам нас теперь сложно сокращать, давайте по месту называться. В нашем с Силаданом мире этот район города называется Мончей, потому что раньше тут поселок Монча был. А здесь сейчас как будто этот поселок и остался. И мы в нем обосновались. Вот давайте и возьмем это название для группировки – «Монча».
– Красиво, – одобрила Светуля.
– Так с саамского языка это так и переводится! – обрадовался Васюта.
– Ну и ладно, – согласился Околот. – Значит, теперь мы «Монча». А сейчас брысь по местам, «мончаки́»!
