Сидней вытряхнул на свою ладонь одну пилюлю, протянул ему и сказал:
— Вам надо выпить.
— О нет, — Тилбери затряс головой. Сидней схватил его за лацканы куртки:
— Пейте или я вас заставлю.
Тилбери дрожащей рукой взял пилюлю и положил ее в рот. Запил виски.
— Выпейте вторую. Две помогут лучше, чем одна.
Тилбери пытался отказаться, но Сидней поднес свою руку к его лицу и кончиками пальцев дотронулся до его подбородка. Тилбери взял пилюлю и проглотил.
— Ну вот и хорошо. (Сидней улыбнулся.) Сейчас вы почувствуете себя лучше. Это поможет быстрее, чем виски.
Захватив с собой таблетки, он вышел из ванной комнаты. Вскоре вернулся в гостиную и Тилбери.
— Садитесь, — сказал ему Сидней.
Видя, что Тилбери посмотрел на телефон, Сидней встал и пересел между телефоном и хозяином. Тилбери вскочил и бросился к двери.
Сидней поймал его прежде, чем тот успел открыть дверь, схватил и с силой, удивившей его самого, встряхнул.
— Вот видите, какой вы нервный. Выпейте-ка сразу две таблетки.
Встав спиной к двери, Сидней высыпал еще две пилюли в ладонь. Тилбери злобно посмотрел на него.
— Ну, без глупостей, пейте, — сказал Сидней.
Тогда Тилбери пожал плечами и с деланным равнодушием проговорил:
— Вы только отравите меня ими, и меня вытошнит. (Он взял пилюли из руки Сиднея.)
— Сядьте на диван, — приказал Сидней.
Медленно, точно обдумывая каждый шаг, Тилбери пересек комнату, взял свой стакан со столика, еще раз взглянул на Сиднея и выпил таблетки. Потом уселся на диван с покорным и даже веселым видом.
Пока Сидней считал пилюли — их оказалось около тридцати — Тилбери выбрал момент, вскочил и бросился к телефону. Сидней схватил и, вывернув ему руку, вернул трубку на место.
— 999 вам ничего не даст, — сказал Сидней, отшвыривая Тилбери обратно к дивану.
Теперь у него уже появилось желание сделать из Тилбери отбивную, но он понимал, что не мог себе этого позволить. Он отметил также, что оставил отпечатки пальцев на трубке, но он и сам вскоре собирался звонить по телефону.
— Садитесь.
Тилбери с беспокойным видом сел на диван. Сидней отошел к бару и вернулся с хрустальной вазой, в которой лежало соленое печенье.
— Съешьте что-нибудь, — сказал он. (Он боялся, как бы Тилбери не стало плохо.)
Тилбери взял сразу целую горсть печенья, будто надеясь, что это ему поможет.
Сидней присел рядом и наблюдал, как тот ест печенье. Вид у Эдварда становился все более и более обеспокоенный.
— Я не знаю, чего вы добиваетесь, — попытался улыбнуться он.
— Успокойтесь… Вы же знаете, что вам необходимы пилюли, ведь с Алисией было трудно, видит бог, — успокаивающим голосом говорил Сидней, высыпая себе на ладонь еще несколько штук.
— Ну давайте, выпейте и эти…
Он протянул Тилбери еще одну, встал и принес из бара бутылку сельтерской. Налил адвокату в стакан и дал запить. Тилбери проглотил и эти пилюли.
— Теперь мне будет плохо, — тихо проговорил он. Зазвонил телефон.
Сидней не шевельнулся, а Тилбери, кажется, не слышал, и телефон вскоре замолк. Теперь только с большим трудом Тилбери держался прямо, глаза его закрывались. Сидней достал из флакона еще несколько таблеток и снова протянул адвокату. Тот покачал головой, и тогда Сидней схватил его за горло, не сильно, но в чувствительном месте. Когда он отпустил Тилбери, тот раскрыл рот, чтобы вдохнуть воздуха.
— Не стоит кричать. Если кто-нибудь войдет сюда, я скажу, что вы выпили это, потому что столкнули Алисию со скалы. Понимаете? Конечно, понимаете.
— Я больше не стану пить, — сказал Тилбери и ударил Сиднея по руке, так что таблетки разлетелись по полу. Тилбери с усилием поднялся.
Сидней снова схватил его за горло и несильно ударил рукой в нос, так, чтобы не пошла кровь.
— Так, значит, вы не сталкивали Алисию? Ну, говорите.
— Нет, — отвечал Тилбери так испуганно, что было невозможно определить, лжет он или нет.
— Никто не поможет вам, Тилбери, и будьте уверены, вы выпьете все эти пилюли, — сказал Сидней, по-прежнему сжимая его горло левой рукой, достаточно сильно, чтобы не отпустить его, но и стараясь не оставить следов на коже. — Пейте, пейте, это самое простое и единственно приличное решение в вашем положении. Любовники решили покончить с собой оба… Или вы хотите, чтобы я сказал, как вы сами признались мне, что столкнули Алисию? Я заявлю, что пришел в четверть седьмого и обнаружил вас в жутком состоянии, принявшим сильную дозу снотворного, и вы сознались, что хотите покончить с собой, после того как сами убили Алисию.
Теперь Сиднею придавали сил два обстоятельства: во-первых, он был уверен, что Тилбери действительно столкнул Алисию со скалы, а во-вторых, он подумал, что ему не придется уже резать Тилбери вены, поскольку пилюли оказывали на того сильное воздействие. И Сидней посадил адвоката снова на диван.
Тилбери дернулся и затих, руки его бессильно повисли. Вдруг он поднял на Сиднея глаза, полные ужаса.
— Я больше не буду их пить, — прошептал он и извиваясь сполз на пол.
