— Ага, только я знаю историю пяти миров кроме Голубого, а ты с точностью до наоборот. Так что можем в этом плане помочь друг другу.
— Здорово, мне так с подругами не повезло, — грустно улыбнулась Юля. — Значит и ты тоже, несмотря на полученную профессию, решил помогать брошенным деткам?
Иван усмехнулся и покрутил в руке бокал, чтобы ярко-розовая жидкость оставила маслянистые следы на стекле.
— В нашей жизни иногда случаются странные вещи. Мы крутимся-вертимся, к чему-то стремимся, куда-то торопимся, но одна единственная встреча с определенными людьми часто переворачивает все с ног на голову. И это свойственно для всех пространств, и для всех абсолютно людей. Ведь надо было Григорию и Ивану Михайловичу сесть в ту же кабинку на колесе обозрения, в которую залезли мы. Видно, судьба. Ну а Григорий, он и мертвого заинтересовать и уговорить сможет, так и мы решили помогать.
— Как точно про Григория! — засмеялась Юля. — Знаешь, как произошла наша с ним первая встреча?
— Знаю, Лешка рассказал. Это вполне в его авантюристском духе.
А потом он замолчал и, поглаживая гладко выбритый подбородок, тихо произнес:
— Интересно, что у них там…
— Мне бы тоже хотелось это знать. Но на такие конкретные вопросы, наверно, даже сны ответов не дадут. А жаль.
— Странно, что голубая линия исчезла. Она раньше всегда была, даже когда в том мире имелся лишь один спиральный камень. А теперь ее вообще нет, ты видела?
— Нет, я в таком состоянии даже не могу вызвать их образ. Но раз ты не видишь, то скорее всего и я ее не найду. Когда меня забросило в переход, там рванул второй генератор.
— Значит, есть вероятность, что оба камня уничтожены, — утвердительно произнес он.
Юля кивнула, разглядывая крохотного светящегося жучка, приземлившегося на кусочек хлеба.
— Елки-палки, я чувствую себя до жути виноватым, Лёшка рвался оттуда не меньше Ивана Михайловича, и именно ему судьба уготовила остаться. Честно скажу, лучше бы это произошло со мной, с нами. Я никогда не чувствовал себя там настолько плохо, мне нравилась деревня, нравился лес, даже городок казался весьма симпатичным. Тот мир, он не натворил в моей жизни столько бед, сколько пришлось пережить Алёшке. Я очень-очень-очень надеюсь, что Григорий поправится, иначе получится, что Лёшка остался там совершенно один, и он…
Иван резко встал, с грохотом уронив стул, и спустился вниз по ступенькам. Он прислонился спиной к толстой балке, удерживающей крышу, и поднял глаза к небу, где постепенно зажигались светящиеся точки звезд, а луна разливала по округе розоватый сказочный свет. Юля молчала, она чувствовала, как по щеке снова побежал обжигающий ручеек.
Оказалось, что и в этом мире погода может быть переменчивой. Целую неделю светило солнце, и Юля проводила много времени на веранде. Ваня, наконец, привез из больницы Аркашу, который тут же включился в постройку ракетодрома. Но сидел он всегда рядом со Стасиком, и если тот отходил по каким-то делам, то хвостиком следовал за ним. Вообще мальчишки разделились: Ванины весело гоняли мяч и носились на улице, Лёшины все больше сидели где-нибудь кучкой и вполголоса беседовали.
В один из вечеров резко похолодало. Буквально пару минут назад светило солнце, и тут же словно из ниоткуда на небе появилось крохотное серое облако и подул ледяной порывистый ветер. Мальчишки бросили мяч и кубики и, нарочито громко стуча зубами, рванули в дом. Тонкие бледно-зеленые листочки на деревьях приобрели металлический оттенок, и казалось, что они должны тихонько звенеть, трепеща в потоках воздуха. Но они шуршали как самые обычные березовые или дубовые листья и наполняли воздух тем же самым шорохом и гулом.
Искривлённые закрученные стволы размахивали длинными упругими ветвями и раскачивались с пронзительным скрипом, будто старались разогнать набежавшие облака, которые спрятали согревающие лучи солнца и принесли холод и промозглость.
На кухне было тепло и уютно, пахло блинами, ягодным вареньем и сушеными травами. Зинаида с Наталией уже заметно подустали от готовки, они целыми днями резали, варили, жарили и пекли, отчего в доме витал необыкновенный, практически предновогодний аромат. Юля резала салат и слушала рассказ Зинаиды, та вспоминала разные веселые истории из жизни ребят и очень заразительно смеялась. Удивительно было видеть ее такой, ведь поначалу Ванина супруга показалась Юле хмурой и нелюдимой.
Но на деле Зинаида оказалась милой и доброй, с сеткой тоненьких морщинок вокруг глаз и губ, оставленных улыбкой, с длинной косой каштановых волос, и громадными серыми глазами, которые всегда излучали теплоту и участие. За все время она ни разу не подняла голоса на ребят, все их конфликты решала тихо и мирно, в отличии от Ивана, который мог в случае чего и строго прикрикнуть. Поэтому абсолютно все мальчишки души в Зинаиде не чаяли и со всеми своими проблемами и спорами бежали сразу к ней.
— Юлия Анатольевна, как же я рад вас видеть, — в дверях неожиданно возник Максим.
Юля не успела отреагировать, а улыбающийся мальчишка уже повис у нее на шее.
