— Мы не можем сидеть сложа руки и ждать, — сказал Йона. — Надо найти его и разговорить, прежде чем проповедник снова убьет кого-нибудь.
— У Роки нет семьи, он не упоминал про друзей… Пасторской усадьбы больше не существует…
— Роки может прятаться в самой церкви или где-то поблизости?
— Я почти уверен, что он будет искать место, которое называл «Зоной»… Именно там он добывал свой героин. По-моему, он считает, что у него есть деньги, чтобы добраться туда.
— Я не знаю никакой «Зоны», — сказал Йона.
— Похоже на место, где водятся тяжелые наркотики… и довольно большое — там сцена, там толпа проституток.
— Я выясню, где это, — коротко сказал Йона и встал.
— Спасибо за ужин.
— На десерт мороженое, — пообещал Йона и вышел в коридор.
Эрик начал убирать со стола, но на него вдруг накатила такая усталость, что он просто оставил все как есть и, пошатываясь, ушел в библиотеку. Серебристого очечника не было на столике для курения возле стопки книг — там, где Эрик его оставил. Эрик вздрогнул и перевел взгляд на окно; рама подергивалась на крючке. На улице еще светло, но скоро стемнеет, подумал Эрик, сел в обтянутое овечьей кожей кресло и закрыл глаза.
Надо собраться, надо понять, что с ним происходит.
Не открывая глаз, он выдавил имован из блистера, лежавшего на столе, подержал в потной ладони и отправил в рот. Ему не удалось сфокусировать взгляд, чтобы посмотреть, кто ему звонит. Эрик чуть не уронил телефон, но поймал его в воздухе, поднес к уху и хрипло сказал:
— Алло?
— Ты не забыл про Мадде?
— Что?
— Эрик, что с тобой? — озадаченно спросила Джеки.
— Ничего, я просто сидел… и…
Он потерял мысль, замолчал и откашлялся.
— Ты обещал забрать Мадде. Помнишь об этом?
— Разумеется, не волнуйся… все записано в ежедневнике.
— Спасибо, — тепло отозвалась Джеки.
— Я играл упражнения, — еле ворочая языком, сообщил Эрик и закрыл глаза.
— Позвони, если у вас с Мадде возникнут сложности, я приеду, обойдутся они без кантора. Обещай, что позвонишь.
Йона вел «БМВ» Эрика к центру Стокгольма; он ждал звонка от Аньи Ларссон из Управления уголовной полиции. Бедро болело, и Йона взял с собой палку. Он миновал Глобен и уже направлялся к туннелям, когда зазвонил телефон.
Пощелкивая ногтями по клавиатуре, Анья сообщила, что пока ничего не нашла.
— В наших базах «Зоны» нет и никогда не было, — словно сдаваясь, сказала она.
— Это место может называться как-то иначе.
— Я нажала на пограничный контроль, отдел разведки, компьютерщиков и наружное наблюдение… Я начала задавать вопросы на множестве чудесных форумов, а также очаровательным секс-посредникам.
— Можешь связаться с Миланом?
— Лучше бы не делать этого, — честно ответила Анья.
В окнах машины свистнуло, когда Йона въехал в узкое горло туннеля. Свет на потолке и вдоль стен бил в глаза, голос Аньи пропал.
— Я должен найти Роки Чюрклунда, — сказал Йона, не зная, не прервался ли разговор.
— Подожди у дверей. — Голос Аньи донесся откуда-то издалека. — Я спущусь и…
Разговор прервался, Йона углубился в туннель, думая о том, что ему рассказал Эрик.
Через десять минут он остановил машину на крутом склоне у парка, взял палку и спустился к освещенному входу Управления уголовной полиции.
За стеклянными стенами Марго прошла мимо лифтов и, тяжело ступая, направилась ему навстречу.
— Я случайно услышала, что Анья устраивает тебе встречу с Миланом на лестнице под Барнхусбрун, — сказала она.
— Тебе придется держаться на расстоянии.
Они вместе прошли по Бергсгатан мимо закрытого фасада бассейна Крунубергсбадет и широких решетчатых ворот тюрьмы.
— Когда мне вернут пистолет? — Йона шагал, опираясь на палку.
— Мне даже разговаривать с тобой нельзя, — объяснила Марго.
Теперь они находились в старой части здания, где располагался кабинет полицеймейстера лена. Марго рассказала, что Бьёрн Керн начал говорить. Как и предвидел Эрик, гипноз дал результат, и у полиции появился ключ, благодаря которому можно, хоть и с трудом, выявить логическую последовательность в воспоминаниях тяжело травмированного Керна.
— Бьёрн говорит, что, когда он обнаружил жену, та сидела на полу с прижатой к уху рукой.
— Тот же почерк, — кивнул Йона.
— У нас нет ничего, кроме этих убийств и характерной манеры действия. У нас накопилась чертова туча загадок — но до сих пор нет ни одного ответа.
Они по диагонали пересекали Родхуспаркен. Йона хромал, Марго обеими руками обхватила огромный живот.
— Видеозаписи, сделанные через окно, — ключевая деталь, — сказал наконец Йона.
— Ты думаешь? Я увязла, — призналась Марго и искоса посмотрела на него.
В кронах блестяще-серых от влаги деревьев виднелись желтые листья.
Йона размышлял о том, что убийца — вуайерист, сталкер, который знакомится со своими жертвами, а съемки обрамляют какую-то повторяющуюся ситуацию из его жизни.
— И руки, — пробормотал он.
— А что за хрень с руками?
— Не знаю, — ответил Йона, думая: а может, руки должны привлечь внимание к определенной части тела?
Украшение с Сатурном забрал у Марии вовсе не Филип Кронстедт, а преступник с камерой, которого Филип мельком видел в саду под дождем.
