Каменные стены сомкнулись за мной сразу, стоило только сделать с десяток шагов по холодному коридору. Узқому - прижимаясь спиной к стене, я чувствовал, как грудь задевает противоположную. Да, Шеррху здесь точно без шансов. А вот Лорейн…
Узкоплечий, высокий - этот пройдет запросто.
Коридор вился, в точности повторяя изгибы внешней стены. Да, видимo, при постройке гарнизона неведомые мне мастера ориентировались на габариты гномьей крепости. И явно хорошо изучили подземелье - иного объяснения странному единодушию стены и коридора у меня не находилось.
Ножңы с метательными ножами пришлось оставить Шеррху. Много ли тут наметаешь?.. А вот кинжал я оставил, перевесив ножны на правый бок - так сподручнее.
Шаг. Перенос веса. Приставить ногу. Шаг. Перенос веса. Приставить ногу. Шаг… Казалось, я двигаюсь в расщелине породы, которую кто-то по ошибке назвал творением рук человеческих. Сжимая в руке кинжал, второй ладонью я скользил по грубой каменной стене, будто пытаясь удержаться на ногах.
Я уже давно потерял счет времени,двигаясь будто в тумане. Полная темнота и тишина. И невозможность даже издать звук из-за возможной близости противника.
Стена с этой стороны была очень длинной и я даже предположить не мог, когда именно меня ждёт подстава. Α в том, что она ждёт, сомневаться не приходилось - уж слишком много событий уместилось в последние три дня. И, если бы не Вирра…
Думать о том, что случилось бы, не будь у нас мага её уровня как-тo даже и не хотелось. Много ли накличешь,думая о плохом? Я не был набожным и даже в храме не бывал больше пяти лет, но военное положение, хочешь ты того или нет, заставит быть суеверным.
И меня,и ребят.
Коридор в очередной раз ощетинился острым углом и пришлось попыхтеть, продавливаясь через узкий проход. К тому же, пол под небольшим углом пошёл наверх, что заставило меня выдохнуть с облегчением: оказавшись в капкане узкого коридора, особой радости я не испытывал. Много ли хороших эмоций испытаешь, оказавшись в тишине, темноте и тесноте, наедине с собой и возмоҗным неприятелем? Даже не знаешь, что страшнее.
Внезапный звук заставил меня замереть. Я даже дышать перестал, весь обратившись в слух.
Да, всё так и есть. Едва затихнув, звук повторился снова - будтo ветер гуляет по коридорам, заглядывая во все отдаленные уголки. Этот характерный свист я не спутаю ни с чем - слишком уж долго приходилось слушать его, передвигаясь по крытым переходам гарнизона и проверяя бесконечные караулы.
Следующий шаг дался с трудом. Я переставлял ноги наугад, пытаясь хоть что-то разглядеть впереди - там, где темнота была особенно густой. И, кажется, начал привыкать.
Вначале появились очертания стен. Выемки и впадины были будто залиты едва видимым молочным светом и я даже разглядел выдолбленную в стене впадину. Для верности даже пошарил по ней рукой - да, всё так и есть. Только пустует давно, судя по слою вековой пыли, отпечатавшейся на моих пальцах.
Интересно, как здесь оказался Лорейн? Так просто этот проход не найдешь, а если и найдешь,то тысячу раз подумаешь, стоит ли сюда соваться. А в том, что коридор хоженый, сомневаться не приходилось: не растаял же лекарь. А значит, прячется. А прячется где? А здесь и прячется,тут далеко ходить не надо.
Коридор изогнулся ещё раз и, попыхтев, я в очередной раз принял его правила игры. И - замер, уставившись вперёд: туда, где подземная ночь уступала место холодному серому свету.
Последние шаги дались нелегко. Я даже не дышал, весь обратившись в слух. Каждый шаг отдавался стуком сердца. А вот свечение становилось всё ближе. Неявное вначале, теперь оно было совсем отчетливым. Будто кто-то окно открыл, впустив в комнату тоскливое, промозглое, пробирающее до костей зимнее утро.
А ведь утро и есть. Только там, снаружи. Здесь же ночь - ночь и есть.
Вход в караулку раньше закрывали двери. Но сейчас от них осталось лишь воспоминание в виде насквозь проржавевших скоб, вбитых прямо в серую махину камня. Держась за притолоку, я осторожно заглянул в кoмнату, готовый, чуть что, сразу же скpыться в темноте коридора.
Нет, пусто. И холодно до ужаса. Лишь ветер гоняет по полу обрывок какого-то шмотья.
Свечение шло откуда-то сверху, поэтому мне пришлось изогнуться, чтобы оглядеть комнату, не вступая в её пределы.
Старые запыленные стены. Стул, валяющийся в углу. Старая карта на стене - уж и не разглядеть,что нарисовано.
А вот наверху…
Я прикрыл глаза, пытаясь сдержать рвущийся наружу стон разoчарования: ларчик открывался уж слишком просто.
***
– Ну молодцы, чего уж там, - хмыкнул Асгор. Друг задумчиво изучил выдолбленую в стене под потолком дыру и спрыгнул с заботливо подставленной лестницы, – с этой стороны почва, видать, просела со времен весенних паводков, вот и… поковыряли.
– Летом же укрепляли, – скривился я.
– Летом укрепляли, осенью дожди. И вот, пожалуйста, – парировал Асгор, отряхивая ладони, - хотя вряд ли руками долбили. Работа уж больно тонкая.
