Тишина с элементами легкой музыки, создает атмосферу внешнего спокойствия и безмятежности…
И только капли пота, капающие с моего лба на зеленое сукно покерного стола, нарушают эту идиллию.
Я — камень. Глыба, которую невозможно пробить никаким инструментом. Единственные признаки жизни во мне — это глаза. И предательский, непрерывно льющийся с моего лба, пот. Под моими руками на игорном столе, уже расползлось мокрое пятно, но никто не делает мне замечаний. Совершенно никто.
Черт побери! Я же поклялся: «Больше ни за что!» И крепился, честно крепился целые полгода! Собрался с мыслями, нашел деньги, организовал бизнес, привлек инвесторов, которые согласились влить обширные средства в мое дело, и, на тебе!
Сегодня я, со своей дочерью Жасмин, и со всеми деньгами предприятия, моими и партнеров,
Восторгу Жасмин не было предела, и я не смог не поменять пару монет на фишки, в знак благодарности за такое гостеприимство.
Пройдохи крупье сразу усекли, что у меня целый чемодан денег с собой (да и я этого особенно и не скрывал, чтобы снискать еще большее уважение к своей персоне).
Уважили меня моментально: Я, покерный стол, бутылка «Вдова Клико» («За счет заведения, Мистер!») и моя тринадцатилетняя дочь Жасмин, окруженная заботой и куклами в детской комнате.
Сам владелец казино обихаживал ее, мотивируя это тем, что более приятной девочки ему еще встречать, не доводилось.
Так было вначале… А, сколько времени прошло? Вопрос без ответа…
— Сколько сейчас времени? — спрашиваю срывающимся голосом у крупье.
— Сожалею, мистер, но у меня нет часов, — отвечает он с вежливой улыбкой. — Вы будете сравниваться, сэр?
Щекотливый вопрос. По моим подсчетам я, менее чем за пять часов, оставил здесь все деньги, которые у меня были, переписал на счет казино свой дом и небольшое имение в Турции, а этот молодой, наглый ублюдок — мой оппонент, решил видимо, играть до конца, и перебил мой дом своим, плюс прибавил тысячу долларов!
Жалкая тысчонка! Я их оставил здесь около пятисот!
Но казино упорно отказывается ссудить ее мне без залога. А если я сейчас не сравняюсь («Слава Господу, у меня есть это право!»), то все мои деньги и дом, поставленные на кон в этой игре, пойдут прахом.
У меня на руках «Фул Хаус» — редко встречающаяся и очень неслабая комбинация. Тройка тузов и пара королей. Очень сильно! И мне нечем сравняться…
Машинально оглядываюсь вокруг и вижу: бесстрастные лица крупье, за соседними игровыми столами, озабоченные, радостные, насмешливые лица посетителей, обращенные в мою сторону, Жасмин за стеклянной стеной детской комнаты, смеющуюся в обществе владельца казино… Жасмин…
Жас-мин…
Мои губы, не повинуясь более мне, раскрылись и произнесли:
— Жасмин…
Крупье на мгновение потерял свою профессиональную невозмутимость?!
— Что?! — рассеянно моргнул он глазами. — Не понял!?
— Жасмин. Дочь…
Переспрашивать меня не было смысла. Ясность ситуации витала в воздухе грязным, вонючим пятном. Очевидно, что я закладываю свою дочь за тысячу долларов, перспективу оставить дом за собой, и хоть немного отыграться.
Повинуясь таинственному знаку, поданному крупье, охранник метнулся к детской. Владелец уже выходит к нему навстречу, почуяв накал атмосферы.
Игра в казино остановилась. Все стоят пораскрывав рты.
«Не злиться… Взять себя в руки! Спокойно… Так ведь и хочется разбить пепельницу об голову этой бабы слева от меня, за ее осуждающий взгляд».
Владелец казино — толстый, со слюнявым ртом господин, подошел ко мне сзади и спросил:
— Вы уверены в своем решении?
— Да, — сквозь зубы бросаю я.
Голос хозяина казино приобрел презрительные нотки:
— Подготовьте для молодого человека соответствующую расписку. — Сколько надо для сравнивания? — осведомляется он у крупье.
Мой соперник, казалось, окончательно окаменел, настолько он был недвижим. То, что я закладываю свою дочь — его не волновало. Главное, что сейчас у меня будет тысяча, и мы откроем карты. И он может проиграть. Похоже, сомнения все больше съедали его душу.
Я подмахнул то, что мне подсунули под руку, и получил одну фишку в тысячу монет.
«Подлец, ублюдок…» — слышу я тихие голоса вокруг.
«Пошли вы все! Уроды! Заткнитесь!» — ору я про себя и краснею от ЗЛОСТИ.
— Что ж, — раздался голос хозяина казино, — по крайней мере, если Вы проиграете, Ваша дочь ничего не потеряет, а только приобретет. Возможно — лучшего отца, а может… — я различил, как он облизал свои губы, — даже и… любовника!
— Ей только тринадцать лет!!! — закричал я. — Пообещайте, что не тронете ее!
— Вернуть Вам расписку? — спокойным голосом осведомился хозяин. Или продолжите игру?
