Комнату освещали магические светильники, благодаря которым я увидел всё: крючья, свисающие с потолка, мотки цепи, лежащие в углу комнаты, несколько столов с инструментами для причинения максимальной боли. Я увидел семь мёртвых тел, разбросанных на всей протяжённости комнаты. Все зверолюды, все без одежды, все зверски убиты. Тела буквально искромсаны, живого места не разглядеть. Выколотые глаза, отрезанные языки и уши, брошенные на пол рядом с телами. И кровь. Везде кровь. По краям комнаты проходили желоба, ведущие к водостоку.
Кровостоку.
В дальнем конце комнаты стоял он: тот самый демон из кабинета Гроникула, главный надсмотрщик и Старший Ментальный маг – Фастон. У него в руках не было оружия, и вообще, он был одет по-домашнему: белая хлопковая рубашка, такие же белые штаны и тапочки.
Этот ублюдок был в домашних тапочках.
Вся одежда кристально белая и на ней не было ни единого пятнышка – ни грязи, ни крови.
Перед ним на коленях, напротив друг друга, сидели две зверодевушки. В руках каждой был кинжал. Они… кромсали друг друга. Когда я вошёл одна воткнула кинжал в бедро второй, а та – в плечо первой.
Фастон смотрел на меня с удивлением и интересом.
Я смотрел на него с ужасом.
– Не делай, – сорвалось с моих губ.
Видимо, мои слова привели его в чувство. На лице появилась усмешка и в тот же момент обе девушки одним уверенным движением перерезали друг другу горло.
Из меня будто весь кислород вытянули.
Зря. Это ты зря. Очень зря.
Тебе конец!!!
Рывок!
В мою сторону направились несколько Нитей Сознания. Тех самых Нитей, с помощью которых он заставлял этих несчастных убивать друг друга, наслаждаясь зрелищем.
Ты думаешь, со мной это тебе поможет!? Рассчитываешь на сражение? На борьбу? На сопротивление?
Не надейся.
Клейкость!
Вот эти Нити, и теперь они принадлежат мне!
– “Это невозможно!! Ты схватил Нити Сознания!?”
Я их не только схватил, я их больше не отпущу. Ведь Нити важная часть Разума Ментального мага, ведь так, Фастон!
Рывок!
Ублюдок упал на пол. О-о, теперь твоя одежда не такая уж чистая, тварь!
Рывок!
Я начал идти к нему. Медленно, постепенно накручивая Нити на свои ладони, рассматривая его жертв. Фастон встал на колени, схватившись за голову. Изо рта у него текли пена и слюни, капилляры в глазах полопались, его лихорадило, всё Тело сводило судорогами.
Рывок!
– “Влад, подходи к нему аккуратнее. Физически он в разы сильнее тебя.”
Нет, Дедион. В этом состоянии он не страшнее котёнка. И полностью беззащитен. Он прочувствует на себе всё, через что прошли его жертвы.
Рывок!
Ублюдок начал биться головой об пол.
Не поможет.
Я подошёл к нему вплотную. Сжал ладони в кулак, сдавливая накрученные на них клубки его Нитей Сознания. Он поднял голову, мы встретились глазами. Да, вот так себя чувствует тот, кто не способен дать отпор.
Рывок! Я ударил его ногой в лицо. Он уткнулся затылком в стену, но меня это не остановило – я продолжал давить ногой, надеясь размазать его мозги по стене.
Опустил ногу. На его лице остался след моего ботинка, на стене виднелся кровавый след. Его след, а не его жертв.
Я только начал.
Рывок! Рывок! Рывок! Рывок!
– “Влад, остановись!”
Рывок! Рывок! Рывок!
– “Влад, стой! Нельзя!”
Нельзя?!! Что значит нельзя!?
Рывок!!
– “Влад!”
Я поднял голову к потолку, чтобы не видеть ни его самого, ни Тела его жертв.
Сорвусь.
– “Что?”
– “Ты не можешь его убить.”
– “Я оказался прав.”
– “Да, ты оказался прав, хотя я и не могу сложить этот пазл. Но убить его ты не можешь.”
– “Почему?”
– “Потому что обменять его жизнь на твою – неравноценная сделка. Особенно, если ты ещё планируешь что-нибудь сделать с Гроникулом.”
Сделка? Обмен? Почему мне нужно что-то отдавать взамен?
– “Хочешь сказать, если я его убью, то не смогу отсюда выбраться живым? Почему?”
– “Посмотри на него.”
Я медленно опустил взгляд. Уверенности, что я сдержусь и не продолжу вколачивать его в стену, у меня не было.
Фастон был… изуродован. Теперь внешне он был хотя на сотую долю такой же как внутри. Но несмотря на все раны он продолжал быть в сознании, хотя это ему явно не нравилось.
В сознании…
– “Отслеживатель Жизни.”
– “Верно. Цепочка на его шее. Нельзя снять, нельзя убить, нельзя лишить сознания – об этом сразу узнают. Сигнал наверняка получат здесь, в особняке. И там знают, где эта тварь сейчас находится. Тебе не выбраться из самого центра фермы, пробиваясь через сотню бойцов.”
Рахлес!!
– “Влад, нужно уходить. Ты узнал, что здесь, теперь нужно это обдумать и решить, что с этим делать.”
Я ещё раз посмотрел на окровавленное Тело. Как же хочется продолжать запинывать его, пока он не перестанет дышать.
– “Ладно. Уходим. Но сначала…”
***
– Господин Фастон, вас ждут в особняке.
Никакой реакции. И так не хочется входить внутрь. Глупо, конечно, говорить в приоткрытую дверную щель, но иначе меня вообще бы не услышали.
– Господин Фастон?
Что это за звук? Цепи? Неужели он ещё не закончил? Как же не хочется входить!
Но что делать?
– Господин Фастон? – открыл я дверь.
И с трудом удержался от возгласа. Рахлес! Что за ужас! Зачем с ними так?
А где господин Фастон?
– М-м! М-м-м!
Что? Это ведь… господин Фастон?
