Кто бы отказался от возможности возвращаться в прошлое, чтобы все изменить, как тебе заблагорассудится? Никто, конечно же! Но как эта сила повлияет на тебя за все то долгое время твоей жизни? Испробуешь все, осознаешь многое, однако вывод будет один. История изменения — из хулигана в альтруиста, история любви — два проблемных подростка, история становления человеком путем осмысления других людей. Что из этого выйдет?
Память — это множество моментов из жизни. Каждый хотел бы вернуться в определенный промежуток и сделать все иначе, так ведь? В таком случае мы получили бы возможность исправить свои ошибки, направить течение судьбы в нужное русло и просто обрести счастье.
— Знаешь, мне кажется, что нам нужно расстаться…
— Думаю, ты уже все для себя решила.
— Именно так, просто…
— Что ж, ничего не поделать. Всего доброго.
Юноша равнодушно развернулся и ушел. Девушка с удивлённым лицом провожала его взглядом. Для нее было шоком то, что некогда любивший ее человек так просто принял расставание, пусть она сама и проявила инициативу, вдобавок и не дослушал ее слова.
«И так не получилось… Значит с ней все действительно глухо. Впрочем, она в каждом случае уходила к этому патлатому идиоту. Не знаю, что в нем такого. Хотя, куда мне понимать ещё личные чувства других людей… Стоило бы выкинуть из памяти сохранение с ней».
Зоренфелл Лиркус — шестнадцатилетний раздолбай, получивший неведомым образом возможность обращать время вспять, возвращаться в желаемый момент прошлого. Это необычное явление пробудилось в нем, когда он в детстве сильно-сильно расстроился из-за закончившейся мороженки.
— Мама! Я хочу ещё!
— Хорошего понемногу, — спокойно ответила она. — В следующий раз куплю с новым вкусом.
— Эх… Она была такой вкусной.
— Не расстраивайся, скоро я приготовлю кое-что вкусное и полезное.
— Надеюсь без овощей…
— А как это, без овощей? Ты все равно ничего не заметишь.
— Угу, как же, — выбрасывая в урну упаковку из-под мороженного и с разочарованием на лице, произнес Зоренфелл.
Закрыв глаза, он начал вспоминать её внешний вид, вкус и ощущение удовлетворения от сладкого десерта. Открыв глаза, он порядком удивился…
— Когда я успел вернуться в комнату? — спросил юноша сам у себя.
На столе лежала закрытая мороженка, которую он только что съел.
— Мам, у тебя была вторая?
— Ты о чем, дорогой?
— Об этом, — заходя на кухню с запакованным мороженным в руках, показал он.
— Так я тебе ее только что положила, ты чего?
— Стой, я же ее только что скушал! — отрицал Зоренфелл.
— Прекращай шутить.
— Но я не шучу!
— Может у тебя температура поднялась? — вытирая руки об фартук, проговорила мама и положила руку ему на лоб.
Мальчику не понравился такой жест, и он сделал пару шагов назад и нахмурился хуже тучки.
— Да вроде нет, все в порядке. Не стоит так шутить. И сильно не налегай на сладости, скоро будет готово кое-что вкусное и полезное, проявил немножечко терпения, — с добротой произнесла она.
— Надеюсь без овощей… — ненароком повторил себя парнишка.
— А как это, без овощей? Ты все равно ничего не заметишь, — повторилась и мама.
— Ты же только что об этом говорила.
— Когда это? — непонимающе и с беспокойством посмотрела она на сына. — С тобой точно все в порядке?
— Эм… Да, все хорошо. — с кислым выражением лица кивнул он и пошел обратно в свою комнату.
«Я точно выбрасывал ее! Почему мама ничего не помнит?» — недоумевал юноша.
Сила мороженки! Нет… Сила сохранений! Или мороженки? Ответа Зоренфелл так для себя и не нашел, но его это особо и не волновало. Потребовалось время, чтобы освоиться со своей новой суперспособностью, но поняв принцип действия, он словно открыл для себя золотую жилу…
Мелкие грабежи, подглядывания, подшучивания — ему все удавалось идеально, как могло показаться другим, но на самом деле Зоренфелл обыгрывал каждую новую задачу по несколько раз. Неудачи оборачивались новой попыткой, покуда все не кончалось в лучшем исходе для парня.
В силу своего возраста, Зоренфелл не нашел ничего более умного, чем творить всяческие проказы. Он не мог проиграть ни в каком деле. Если он захочет, то упорно будет повторять все раз за разом, пока не достигнет желаемого. Само упорство удивительно, если закрыть глаза на то, как все есть на самом деле…
Тем не менее, время шло, парень взрослел и интересы его постепенно начали меняться, как и его характер. Переходный возраст давал о себе знать. Ещё вчерашний хулиган, у которого все получается, сегодня абсолютно спокойный, уравновешенный и ленивый, куда же без этого.
Старые забавы перестали угождать Зоренфеллу. Просто надоели, он учится, как и другие, получает знания и, естественно, поражение ему все также не свойственно. Тем не менее, он учился сам, видел в обучении свой смысл, способствующий получению обширной сферы знаний, хотел быть разносторонним.
Захоти Зоренфелл стать лучшим учеником, то с этим и проблем бы не возникло за счёт возвращения в прошлое, но это может вызвать ненужное, лишнее внимание в его сторону, а выделяться он не любил, скорее наблюдать.
Люди стали для парня также частью обучения. Конечно, слежка за кем-то — это очень и очень странно, но в простом наблюдении, как он считал, нет ничего необычного. Каждый имеет интерес к ближнему своему, к друзьям, родственникам и вторым половинкам. Только вот Зоренфелл решил расширить этот спектр для себя до любого человека, даже незнакомого, проходящего мимо по улице. Стоит лишь привлечь его внимание. Такой он человек.
