— М-да, от такого весь мозг вытечет… — пробубнил перед дверью он, после чего постучал.
Музыка нисколько не утихла и только было он хотел постучаться во второй раз, посчитав, что его не услышали, как вдруг дверь распахнулась и перед Зоренфеллом предстала довольно миловидная девушка, сильно похожая на свою маму, если сравнивать с фотографией, что он видел.
Неряшливая брюнетка с волосами до лопаток в просторной футболке, открывающей ключицы, и джинсовых мини-шортах. В комнате царил бардак, а стены обвешаны плакатами разных рок-звезд.
— Ты еще кто такой? — в грубой манере спросила она.
— Одноклассник твой, домашнюю работу тебе принес, — протянул он папку.
Мария осмотрела нежданного гостя своими зелеными глазами, после чего приняла папку и бросила её на пол в своей комнате.
— Что-то еще?
— Да нет… — решил он сохраниться. — Хотя, прости за вторжение, — слегка оттолкнул Зоренфелл её в сторону и подошел к проигрывателю, на котором лежала коробка из-под диска со списком треков.
— Слышь, ты совсем охренел что ли? — возмутилась она. — Пошел отсюда!
— Да-да, тише… — пробурчал он, после чего вернулся на минуту назад.
— Что-то еще? — вновь задала Мария вопрос.
— Это у тебя «Похитители Будущего» играют? — назвал он прочитанное название с коробочки.
— Нихрена се, у такого прилизанного такие вкусы… — отошла она, предлагая пройти в комнату. — Какой тебе трек у них нравится?
— «Гипербола».
Зоренфелл не нашел ничего лучше, чем найти общий язык исходя из схожих вкусов. Так у них появилась бы тема для разговора, что и произошло. Узнав о вкусах Зоренфелла, Мария ослабила свою враждебность и её отношение в корне изменилось.
— Слух у тебя наметан. Не думала, что из моей помойки найдется кто-то с нормальными вкусами, — обозвала так Мария своих одноклассников.
— Я совсем недавно начал слушать рок, так что не особо разбираюсь, — решил надеть маску рокера Зоренфелл.
— О, раз так, то приглашаю тебя в субботу в «берлогу», послушаешь настоящую музыку в живую.
— Буду только рад, — фальшивил он. — Меня, кстати, Зоренфелл зовут.
— Мария, — решила-таки представиться она, — будем знакомы. Сказать по правде, то я тебя хотела послать куда подальше, но рокеры одна семья! Башкотряс из тебя неплохой выйдет, — потрепала она его черные длинные волосы.
— Башкотряс? — не понял он.
— В «берлоге» все увидишь, — подмигнула она.
— Что за «берлога»-то?
— Слишком много вопросов, Зори, сам скоро поймешь, — повторилась Мария.
«Зори…?» — не оценил он сокращения.
— А ты неплохо сложен для школьника, — оценила она, — руки гитариста… — начала Мария пристально осматривать его.
— Эмм…
Она без каких-либо стеснений щупала мышцы на руках и плечах, что ставило Зоренфелла в неловкое положение. Пусть он и имел уже отношения с девушками, но подобная развязность и наглость встречается ему впервые.
— Чего? — обратила она, наконец, внимание. — Не уж-то застеснялся?
— Не то чтобы, просто не ожидал…
— Будет тебе, просто удивлена, что у тебя такое хорошее тело, — плюхнулась она на кровать.
Зоренфелл подобрал брошенные бумаги с домашним заданием и положил их ей на стол.
— Я так полагаю, делать это ты не собираешься.
— Догадливый какой, — усмехнулась она. — А где та девчонка, что раньше мне макулатуру таскала?
— Слышал, что она в другой город переехала. Лидия говорила, что она была твоей подругой.
— Какой там… Нанка, так я её называла, слишком во мне разочаровалась, хотя раньше никакой неприязни не проявляла.
— А ты давно уже в этом? — осмотрелся он.
— Да чуть ли не всю жизнь.
— Ты же раньше ходила в школу, так что изменилось?
— Я изменилась, — прямо сказала Мария, — мои вкусы, увлечения и отношение к людям.
— Хм, вот как…
«Переходный возраст, тыры-пыры» — посчитал он.
— Чего это ты хмыкаешь?
Зоренфелла распирало желание кинуть язвительную или остроумную фразочку в её адрес, но он понимал, что ухудшать отношения идея не из лучших, потому решил отмолчаться по этому поводу.
— Обычно люди не понимают и не хотят принимать тех, кто отличен от них. Нынче слушают электронику или рэп, так что, как по мне, нет ничего удивительного в таком отношении.
— А ты, получается, дохрена умный? — легла она на бок, глядя в глаза парню. — Может ты и прав. В любом случае, не видела давно их рыл и рада бы не видеть еще столько же. Вообще удивляюсь отчего меня еще не исключили.
— Я, конечно, не знаю, но догадываюсь благодаря кому…
— Ну-ка, просвяти.
— Сама как-нибудь допрешь, — ухмыльнулся Зоренфелл.
— Не выеживайся! — фыркнула Мария.
— Так-с, — глянул парень на свои наручные часы, — мне идти уже пора, не думал, что задержусь так у вас… В самом деле, сделай эту домашку, там сложного ничего нет.
— Теперь и ты будешь меня напрягать с этой фигней?
— Может быть, я же изначально по этому поводу пришел, будет тупо уйти просто так. Если все-таки возьмешься, то попробуй решить, что сможешь, а с оставшимся я могу тебе помочь.
— Заботливый какой нашелся… — уперлась лицом в подушку Мария.
— Неприлично так гостя провожать. Завтра я утром и после школы зайду, надеюсь на тебя, — сказал он напоследок и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.
