— Думаешь, Уотерс, ты такая одна умная? — съязвил мужчина. — Я уверен, что другие журналисты так же накопали о том, что они вместе. Завтра утром, вот увидишь, об этом будет упоминаться в Globe и Herald, может, не как главная новость, хотя я сто процентов уверен в заголовке «Новые подробности по захвате заложницы в Бостонском медицинском центре.» Тем более, не случись даже этого происшествия, сама по себе новость о том, что профессор MIT, еще и глава кафедры, встречается со студенткой — уже лакомый кусок. Сразу создается вопрос, а со сколькими студентками он еще спал? И что те девушки получали в замен, может хорошие оценки за тесты? Тем более, он глава Гуманитарных Наук, не забывай, что в них входит и журналистика тоже. По-моему, у нас была статья по Фрилингу, год назад. Да, да. Его предшественником был этот старикан. — Мужчина требовательно замычал, пытаясь вспомнить имя. — Черт, забыл как зовут. В общем, отложи свое расследование пока до утра, а сейчас марш писать о том, что ты выяснила. Я позабочусь о фото, где Фрилинг бьет Фокса. Жду набросок статьи через час! — С этими словами он отключился.
Девушка еще несколько секунд смотрела на телефон. Её одолевала смута. Рука не поднималась писать бред, предложенный редактором. Они все-таки уважающая себя газета, а не желтая пресса, что выпускает Fake News. Хотя, что греха таить, все в Metro писали отсебятину не подкрепленную никакими фактами. Только она старалась сохранять профессионализм, до конца опираясь на доказательства и тщательно проверяя любую информацию. Мелинда поклялась себе, что это первый и последний раз, когда она посвящает редактора, будучи не доведя расследование до конца.
Но спустя час она исправно отправила очерк статьи, где освятила лишь связь девушки с профессором деканом, которого являлся Мартин Фокс. За что получила втык и предупреждение, что если она не перестанет задирать нос, то статью напишет кто-то другой, и его имя будет красоваться в её начале, а не её.
Просматривая рано утром сайты местных новостей, Клайн задержался на новой статье Metro Boston. Брови мужчины взлетели вверх, когда он прочел заголовок и увидел фото профессора Фрилинга, Мартина Фокса, а между ними фото Андреа Донован.
Быстро прочитав статью, он тут же набрал номер сенатора.
4 ноября, 4:00 a.m, Реабилитационный центр, Бостон
Энди проснулась, резко дергаясь на месте. Она лихорадочно смотрела во все стороны, пытаясь понять, где она находится.
— Все хорошо, — успокаивающе произнес Эрик, но в его голосе все равно слышалась тревога. — Ты в безопасности.
Он подался всем корпусом, сокращая расстояние между ними. Наконец, девушка заметила его, но страх не исчез с её бледного лица. Он осторожно взял её здоровую руку в свою ладонь. Энди вздрогнула, но руку не убрала.
— Шшшшш… — Не выпуская руки он пересел с кресла на край кровати. — Я рядом. Ты в безопасности, — повторил, сглатывая.
Девушка шумно дышала, неотрывно глядя на него, а затем расплакалась. Все внутри него сжалось. Чувство вины и злости на себя накрыло с новой силой. Если бы он не вышел тогда поговорить с дядей по телефону, то этого бы не произошло.
На самом деле, он занимался самокопанием с момента, когда услышал за дверью голос Фокса. Отец пытался заверить его, что тут нет его вины в том, что Фокс слетел с катушек и решился на такой шаг, но это не помогало, он должен был быть там. Теперь Энди до конца жизни будут мучить кошмары, будто мало выпало на её долю страданий, еще и это. Эрик чувствовал себя ответственным за всё, что произошло с ними в последний месяц, и не знал, как он сможет искупить перед ней свою вину.
Он приблизил свой лоб к её, вытирая слезы большими пальцами, и все повторял как мантру: «Все хорошо». Скорее для себя, нежели для неё. Он держался изо всех сил, чтобы не разрыдаться самому. Может потом, когда она вновь заснет, он пойдет в туалет и там даст волю своим чувствам, но не сейчас.
Её перевели в этот частный реабилитационный центр только вчера, после обеда, и то ему пришлось настоять на этом. Она не могла спокойно находится в Бостонском медицинском центре, пусть и в другом отделении. Доктора хотели понаблюдать её состояние еще несколько дней. Но Энди просто умоляла забрать её оттуда. К тому же, упрямые репортеры несколько раз пытались взять у неё интервью. Они буквально осадили больницу, приставая к каждому, кто из неё выходил или заходил. Поначалу их сдерживала полиция, но когда все закончилось и копы уехали, журналисты кинулись на её поиски, их спровадила охрана, пришлось опять вызывать полицию для поддержания порядка. Телефон девушки разрывался от звонков друзей и знакомых, все они разом хотели прийти и убедиться, что с ней все хорошо, но он вежливо попросил их повременить с этим.
