О боже, Эл… Что произошло?
Ты смотришь в потолок, на пролетающие мимо тебя огни, которые меняются в цвете, становясь нежно-розового цвета, а затем и вовсе краснея.
Что-то падает тебе на лицо. Капли чего-то мокрого. Редкие капли крови. Ты непроизвольно моргаешь, а глаза застилает алая пелена. Капель становится всё больше, и они постепенно перерастают в дождь.
Всё белоснежное вмиг стало розовым, алым, а затем и вовсе бордовым, и ты плывёшь по этим насыщенно-красным коридорам, и кровавые капли дождя падают на тебя с потолка. Весь твой мир стал алым. Всё то, что было девственно белоснежным, в одно мгновение изменилось в цвете. Теперь ты не чувствуешь себя серым пятном на фоне белоснежной бесконечности, ты единое с этим миром. Ты часть этого ничто.
И я открываю глаза.
Надо мной стоят несколько человек в халатах и друг за другом спрашивают, как я себя чувствую.
– Что произошло? – спрашивает один парень.
– Что случилось? – спрашивает второй.
На меня смотрят силуэты людей, и я вспоминаю человека на озере, он задает точно такой же вопрос:
– Что произошло, Эф? Что случилось?
А ты не знаешь, что ответить.
Озеро крови.
Глава 17
Всё происходит слишком стремительно.
Я прощаюсь с людьми в халатах. Выхожу в длинный белый коридор, подхожу к лифту и нажимаю кнопку вызова.
Всё происходит на автомате, и мои ноги сами несут меня прочь неизвестно куда. Словно они проделывали этот путь уже не один раз. Я иду, не задумываясь о том, что произойдёт дальше, словно плыву, а течение само несёт меня. Я спускаюсь на первый этаж в окружении зеркал. Двери серебристого лифта открываются, и голос когда-то умершего человека желает мне хорошего дня. Я выхожу из лифта в ещё один бесконечный белоснежный коридор с кучей потёртых дверей.
Не сплю ли я? Открыты ли мои глаза?
Всё происходит так быстро, что я не успеваю даже понять, как это произошло. Ноги сами несут меня. Выхожу из здания, сажусь в планер, который поднимается над землёй и стремительно уносит меня в неизвестность.
Цепочка всех несвязанных между собой событий привела меня именно сюда. Я в планере, несущемся через город навстречу неизвестному, а мимо меня пролетают точно такие же пластиковые планеры и люди. В окнах мелькают пластиковые здания, пластиковые тротуары, пластиковая зелень, и я понимаю, что в этом мире нет ничего настоящего. Пластиковые люди остаются позади размытыми пятнами, и в жизни моей лишь билборды, готовые продать мне ещё пару сотен лет.
Это жизнь, в которой время стало ерундой, но в которой ты остался совсем один.
Я проношусь сквозь живой, на первый взгляд, город и вглядываюсь в его мёртвые пластиковые глаза.
Планер летит на высокой скорости, мимо того самого места, где девушка разбила свой точно такой же красный планер, и в моей голове возникает мысль, что если прямо сейчас я разобьюсь, никаких следов на дороге, никаких свидетельств аварии, ничего не будет. Я просто исчезну, и мой планер тоже просто исчезнет.
Смотри также:
Испарится.
Удалится
Сотрётся.
Станет ничем.
Я на берегу озера. Сижу на песчаном пляже, вокруг меня кучи камней. Справа от меня небольшой выступ, откуда любят нырять в озеро люди. Я сижу и спрашиваю себя, реален ли этот мир, и настоящее ли то, что кажется мне настоящим. Песок в моей руке такой мягкий, тёплый и сыпучий. Шум воды и крошечных волн в озере. Над моей головой порхают птицы, где-то недалеко плюхнулась в воду лягушка. Я прилетаю сюда каждое утро, и даже не понимаю, почему выбрал именно это место. Если задуматься, если попытаться вспомнить – ответа всё равно не будет. Я не знаю и не помню, но надеюсь найти эти ответы, просто закрыв глаза.
Она подсаживается ко мне так близко, так легко и беззаботно, словно мы знакомы уже сотню лет.
– Привет, – говорит она, – как дела?
Я открываю глаза, оборачиваюсь и вижу девушку с золотистыми волосами и голубыми глазами. Откуда-то я её знаю. Видел уже этого человека, но совсем не помню где.
– Здравствуйте, – говорю я, – мы знакомы?
Она не замечает моего вопроса и говорит:
– Ох, сегодня такой замечательный день.
Она поднимает взгляд на солнце, закрывает глаза и нежится в его лучах.
– Вы же знаете, что ультрафиолет для нас очень опасен? – спрашиваю её я.
Она оборачивается на меня, слегка прищурившись от солнца, улыбается и говорит:
– Не переживай, дорогой. Со мной ничего не случится.
– Откуда вы меня знаете?
Она слегка закапывает руки в песок и говорит:
– Так тепло. Думаю, вода тоже тёплая. Не хочешь искупаться?
– Я вас даже не знаю.
Она высыпает горсть песка из руки и говорит, что знать и помнить – совершенно разные вещи.
– Хорошо, – киваю ей, – я вас не помню.
– Почему ты здесь, Эф? Каждый раз я встречаю тебя здесь, и каждый раз мы договариваемся, что видимся в последний раз.
– Я не зн…
– Нет-нет-нет.
Она мотает головой и поправляет прядь волос, упавшую к ней на лицо.
– Я… не помню?
– Точно.
– Но вы всё помните?
– Ага, – смеётся она, – я помню всё.
– Расскажете?
