Телефон Сокола не отвечал. Странно. Я еще раз набрала номер. В подтверждение моим мыслям Лука пожал плечами, вернувшись из ванной комнаты:
— Я же тебе говорил. Артем всегда недоступен, когда у него тренировка. Ненавижу футбол! — вдруг неожиданно заявил, воинственно сложив на груди руки в замок.
У-у, как все сложно-то, — теперь уж и я нахмурилась. Это от кого он сейчас замыкается? Хм, не мешало бы родителям разобраться.
— Слушай, Лука, я сегодня специально ужин не готовила, но у нас с Артемом осталось немного куриного супа, — предложила. — Ты садись, я уже подогрела! Ой, а давай я для тебя картофельные оладьи приготовлю со сметаной. Точно! Это будет быстрее всего и так вкусно, что ты просто пальчики оближешь! Артем трескает — за уши не оттянешь! Или яичницу? Только скажи, что ты хочешь?
Я зашуршала на кухне, глядя, как парнишка ест. Сначала неохотно черпая суп ложкой, а потом работая все усерднее. Пришлось даже хлеб подрезать и подсуетиться с обещанными оладьями. Мальчишка ел, а я все не могла отделаться от навязчивой мысли.
— Лука, к сожалению, я не знаю номер телефона твоего отца, иначе бы уже позвонила дяде Васе.
— Подумаешь! — он зло фыркнул и слизал с пальцев сметану. — Я тоже не знаю.
— Но, Лука, а как же твоя мама? Может, нам позвонить ей? Послушай, — я осторожно присела на стул рядом с гостем. — Я тебя совсем не знаю, это правда. И, конечно, понимаю, что ты пришел к брату, все так. Но родители всегда переживают за своих детей, и сейчас твоя мама, уверена, не может найти себе места от неизвестности, где ты и что с тобой. Это важно, Лука. Если ты дашь мне номер ее телефона, я обещаю, что сама с ней поговорю и попрошу тебя не наказывать. Хорошо? А там и Артем придет.
Мальчишка замер. Отодвинув от себя тарелку, пробормотал под нос:
— Не будет она переживать. Ей все равно.
— Это еще почему? — удивилась я. — Отчего ты так решил? Я уверена, что ты ошибаешься и что мама… — но договорить не успела.
Лука повесил голову, хлюпнул носом, потом еще разок, а затем разревелся.
Вот так дела-а!
В тренажерном зале стихла музыка и над дальней частью, в которой располагалась кардиозона, погас свет.
— Парень, заканчивай со штангой. Закрываемся! Если хочешь успеть в душ, у тебя есть десять минут!
Отлично. Я выполнил последний жим и вернул штангу в стойку. Сев на скамейке, утер тыльной стороной ладони пот со лба, потянувшись за полотенцем. Последний час я занимался в зале один и совершенно не следил за временем. Остановить меня было хорошей мыслью. Я встал и размял плечи, после чего дал знать незнакомому охраннику, что ухожу.
Улица встретила тишиной и чистым, морозным воздухом. Снег под ногами приятно скрипел. Я спустился с крыльца спортивного клуба и направился к машине, чувствуя каждую мышцу в разбитом силовой тренировкой теле. Даже после контрастного душа оно все еще было напряжено, но мне определенно стало легче. Гораздо легче вдали от Чижика. Сейчас я снова мог связно думать.
Анфиса. Чиж. Моя нечаянная соседка. Последнее время меня волновало все, что касалось этой девчонки. Мысли прояснились, но на вопрос: «Чего же я от нее хочу?» по-прежнему не нашлось ответа. Определенно я хотел ее саму, давно, это не стало новостью, но меня никогда не волновала чужая жизнь и чужое прошлое настолько, чтобы завладеть мыслями. До появления Анфисы все это было за пределами моих желаний и интересов. Так почему же сейчас я не мог думать ни о ком другом?
Когда сцепился с тем белобрысым качком в баре?
Когда заехал Максу по лицу?
Когда приехал к университету и ждал? Как дурак ждал Чижа в машине, потому что по-другому не мог. После того, как она пришла за мной ночью в отделение — не мог дома находиться один, даже зная, что она ничего мне не должна. Почему так отчаянно захотелось что-то сделать для нее, когда увидел девчонку расстроенной — еще ночью на кухне? Тогда я явно почувствовал, что не хочу оставлять ее горечи прошлого. Никому из прошлого.
Только я. Чтобы помнила только меня.
Эгоистично? Наверно. Странное ощущение, новое и непонятное, но сегодня я готов был свернуть для нее горы — для своего зеленоглазого и симпатичного чижика, смешливого и настоящего, залетевшего в мой дом. Решившего поиграть с хищным Соколом, позволив ему распробовать свои сладкие губы. Клянусь, на какой-то миг я совершенно забыл, где нахожусь, настолько понравились мне их смелость и вкус. Настолько сильно рукам захотелось взять свое. Так хорошо и спокойно было на душе от мысли, что девчонка улыбается, а я знаю, что делать. И так не вовремя сознание ошеломил страх, что уйдет. Исчезнет вдруг из моей жизни так же одномоментно, как появилась.
