Охотник молчал, ещё больше согнулся над оперением стрелы, пальцы его стали неловкими и никак не могли справиться с работой.
– Олоко, ответь, кто она?
Пелена спала с глаз. От одного слова всё переменилось. Вячко оглянулся на дом на высоких сваях. Никого не было видно.
– Она не увидит и не услышит нас. Расскажи мне всё, – он придвинулся ближе к Олоко, попытался заглянуть ему в глаза. – Что она сделала со мной?
Вячко не хотел оставаться на болотах. Он должен был найти рдзенского чародея, он должен был привести его к отцу. Но Создатель, зачем он задержался на седмицы, на месяцы? Что его удержало? Что лишило памяти, разума, воли?
– Она всегда слушать. Болото говорит, она слушать, – Олоко бросил на дом быстрый взгляд из-под длинных чёрных ресниц. – И лес тоже к ней говорит. Это он…
Что-то напугало его, заставило снова замолчать.
– Что? Лес ей что-то рассказал? Но как? И почему ты называешь её Югрой, если Югра мертва?
Охотник молчал, перья выпали из его рук на землю, и он даже не подумал их собрать.
– Лес сказать, что ты приходить. Она ждать.
– Почему ты зовёшь её Югрой? Югра это твоя сестра?
Вопль выпи раздался совсем близко. Утка вылетела из зарослей и пронеслась так низко, что Вячко пригнул голову. Скрипнула дверь в доме. Никого по-прежнему не было видно, но по спине пробежал холодок, и затылок зачесался. Вячко опять оглянулся, никого не увидел. Он готов был поклясться, что за ними наблюдали.
– Кто она такая?
– У неё лицо Югра, – Олоко всхлипнул и утёр нос кулаком. Стрела в его руках переломилась, и он бросил её к своим ногам, туда, где уже лежали перья. – Югра умереть, а она её забрать. Она сказать, что помочь мне. Я убить тех, кто обидел Югру. Их семья меня искать, мстить. А она сказала: теперь я твоя сестра. Я спасать тебя, а ты спасать меня. И мы уйти сюда. А Югра, моя Югра я не спасать. Её тело в земле. А у неё, – он вскинул голову, тёмные глаза были полны слёз. – У неё только кожа, лицо. А внутри другая.
С самого начала Олоко оставался в стороне. Когда Вячко спасся из трясины, когда Югра провела его по болотам в свой дом, когда одурманила разум и опутала заклятиями, Олоко не перечил ей, только наблюдал со стороны.
– Почему ты помогаешь мне? – спросил Вячко. – Почему только сейчас?
– Огоньки.
– Югра сказала, что это души мёртвых. Ты увидел кого-то знакомого?
Олоко рассматривал свои руки и головы не поднимал.
– Ты увидел свою сестру? Югру? Настоящую Югру?
Ни кивка, ни согласия. Охотник промолчал.
Вячко огляделся по сторонам. Трясина тысячью глаз наблюдала за ними.
На болотах ночь наступала быстро. Туман жадно пожирал свет, затоплял всё вокруг серой хмарью. Когда Вячко поднялся в дом, было уже темно. Олоко взобрался следом за ним по приставной лестнице, вместе они подняли её наверх, как делали всегда перед сном.
Ики сидел у огня, поддерживал его горение.
– Час собаки, – произнёс Ики на своём языке, хотя никто не спрашивал его.
Луч закатного солнца и вправду осветил столб, на котором вырезана была псиная морда. Но слепой старик не мог этого видеть.
Как и не могла простая девушка спасти человека от болотных духов.
Югра сидела в углу. Она почти всегда была чем-то занята: штопала одежду, ремонтировала оружие, готовила, расставляла силки на зверей, рыбачила. И только вечером, когда солнечный свет угасал, она позволяла себе отдых.
Она встретилась глазами с Вячко, улыбнулась ему:
– Как ты, огонёк?
Для девушки, что выросла в глухой деревне и редко видела ратиславцев, она удивительно хорошо знала язык. Этого Вячко тоже раньше отчего-то не замечал. Он был слеп и глух, и в отличие от Ики действительно не видел, что происходило вокруг.
Что имело над ним власть? Духи болот или эта девушка? Как её звали на самом деле? Зачем он ей был нужен?
Всё это время она расспрашивала о Ратиславии, о княжествах и их правителях, о законах и устоях народов. Она изучала его земли, его обычаи. Точно готовилась к чему-то.
Вячко присел к огню. Югра и Олоко опустились на подстилки по бокам от него. Девушка разлила похлёбку на всех. Что, если она травила его всё это время? Может, в еде были дурманящие травы? Он не мог больше есть её стряпню. Он не мог ей доверять. Конечно, Югра заметила, что он не притронулся к ужину.
– Что-то не так, огонёк?
– Я не голоден, – он поморщился, отставил миску в сторону и коснулся пальцами своего лба. – Голова опять разболелась, я лучше лягу.
Югра, кажется, поверила. Она и сама уговаривала его больше спать после нападения болотных духов.
Вячко отвернулся к стене, но глаза не закрыл. Слушал, как остальные скребли ложками по дну деревянных мисок и громко хлебали горячую похлёбку.
Он должен был бежать как можно скорее. Ему стоило уйти налегке, чтобы ничто его не задерживало. Вячко научился охотиться на болотах и понимать, как выбрать тропу, как найти верное направление и как усмирить плутоватых духов. Всё, что было ему нужно, это оружие. Лук с колчаном стояли прямо у двери, но меч княжича забрала себе Югра.
