— Тогда понятно, почему я о вас не слышал. Я все больше нефтью занимаюсь. Искусством интересуюсь постольку-поскольку…
— Если б вы захотели купить настоящего репина, Ван-Дейка или Джоконду Леонардо, вы бы услышали обо мне…
— Я купил каких-то мазилок для офиса. Кажется, Леонардо там был… знакомое имя. Джоконда… где-то я про нее слышал…
— Понятно.
— Что — понятно?
— Да все понятно. За Джоконду мне предлагают уже полмиллиарда, один индийский оптовик, все время забываю его фамилию, придется отдавать… но я по другому вопросу. Я работал с вашим Онищенко. Мы вбухали в проект кучу бабок. Проект готов, а что с ним делать — я не знаю. Говорят, это ваши бабки вбуханы. Раз вы меня приняли, едва прочитали фамилию Онищенко, так оно и есть. Я участвовал в проекте, как наемный работник, поэтому не мне решать его судьбу. Что с ним делать?
— Не понимаю, о чем речь, — настороженно сказал Хуторковский.
— Операция «Ежик в тумане», — терпеливо пояснил Эдик. — Неужели Онищенко не сообщил даже названия? Вся информация о «Ежике» у меня. Она тянет на стольник. Пусть мелочь, но это же деньги все-таки. Если «Ежик» вас не интересует, я уйду. Так и скажите. Я найду, как им распорядиться.
— Гм-мм. — Хуторковский все еще смотрел подозрительно. — Ежик, ежик… простите — в чем?
— Да хоть в сметане! — Эдик обозлился. — В гробу я видел ваш закопанный стольник, своих хватает. Из-за вашего ежа меня крайним делают. Три трупа чуть не повесили… может, и повесят еще. На хрен мне эти заморочки? Сейчас Андрюхе позвоню, археологу моему — и пусть едет выкапывает ваших ежей. Во вред это вам или в дело — мне плевать, я предупредил. — Эдик направился к двери, но постучать в нее так и не удалось.
— Постойте, — буркнул Хуторковский. — Хорошо, я вам верю. Но и вы меня поймите правильно — я под следствием, трясут всю мою бухгалтерию, клеят предъяву, что я червонец зажал, или полтора, в виде неуплаты налогов…
— Червонец — это десять миллиардов?
— Ну да. На «Ежика», вы говорите, гривенник ушел? Так они к каждой копейке цепляются! — Хуторковский снова отчего-то посмотрел подозрительно и сказал отчетливо: — А ничего. Забудьте.
— А карта… — растерялся Эдик, — карта по ежику вам нужна?
— Сожгите. И тоже забудьте, — уже мрачно и еще более подозрительно сказал Хуторковский. — Нету карты. Вы поняли? Нету у меня карты. Я ее в глаза не видел.
— Дело ваше. — Эдик недоумевал. Подумав, сказал решительно, — Я все-таки позвоню Андрюхе.
— И что? — насторожился олигарх.
— Скажу. Что спонсор денег не дал. На раскопки. В определенном районе. Андрюха, он въедливый, и без карты курганы раскопает. Тем более, что на бульдозеры денег хватит.
— Никаких раскопок, вы слышали? — заугрюмился Хуторковский.
— Это с какой радости? — Эдик тоже заугрюмился. — Ваши планы мне по фигу, я в «Ежика» и своих планов достаточно закопал. А стольник, если на то пошло, я вам верну. Сегодня же перечислю, только скажите — в какой банк и на какой счет.
Хуторковский совсем помрачнел. Усевшись за столик, налил себе рюмку коньяка. Посмотрел, но пить не стал. Сказал тоскливо:
— Откуда вы на мою голову? Дело не в стольнике, на хрен мне ваши десять копеек. Тут другое… непонятка какая-то… Сам этот «Ежик» — действительно мелочь. Я в ЮНЕСКО зарядил куда больше, чтобы они объявили район раскопок зоной культурного наследия человечества. И объявят, куда денутся, раз проплачено.
— Кто такая ЮНЕСКО?
— Стыдно… — Хуторковский все-таки выпил рюмку, — а еще директор. Эта банда состоит при Организации Объединенных Наций и следит за сохранностью памятников культуры всего человечества. Странно, что вы не слышали.
— Я слышал, — Эдик смутился. — Теперь припоминаю. Как-то один тип из Нью-Йорка что-то такое говорил… ах, да! Они же Джоконду купить хотели. То есть копию. Всего за полтинник. И что-то вякал про культурное наследие человечества, да, было такое… — Эдик фыркнул. — Я его послал, конечно. Полтинник — это смешно. Они там нищие, что ли, в ЮНЕСКЕ этой?
— Можно и так сказать, — Хуторковский чуть расслабился. — Их организация существует на членские взносы от государств, но многие не платят. Например, Америка. Или… впрочем, я уплатил за Америку, так что не вздумайте соваться туда, на юг. С лопатами. ЮНЕСКО тут же признает район культурным заповедником, в котором запрещено всякое строительство. Так и было задумано. Понимаете? Там трубопровод должен пройти, по этому участку. Трубопровод с нефтью, чтоб прошел через территорию соседей. Им это выгодно — и платить им, и нефть бесплатная, и в Европу ближе… всем выгодно, кроме меня, и потому Онищенко запустил туда «Ежика», поняли?
— Понял. Вы хотели, чтобы трубопровод прошел по другой территории.
