— Разумеется, — сердито сказал Эдик. — Моя записка, как вы выразились, уничтожает веру Израиля в самих себя и возрождает веру россиян. Так уж получилось. Я сожалею. Если б не эти придурки из ФСБ, которые выродились настолько, что даже одела убийств у них уже нет! Мне пришлось опереться на помощь других людей. Арабов. А им Израиль на фиг не нужен. Понимаете?
— Успокойтесь, Эдуард Максимович. — Олигарх разглядывал Эдика во все глаза. — Государство создают руки, и разрушают тоже руки, пусть это даже руки солдат. Боюсь, одной веры для гибели Израиля явно не достаточно.
— Вы ошибаетесь. — Эдик тоже принялся разглядывать олигарха во все глаза. — Потому что именно вера и направляет руки. Это основа всего, всей деятельности человека. Израиль держится одной верой. Люди едут в Израиль или уезжают из него, строят его или бросают строить по разным причинам, имя коих — легион. Есть причины для постройки Израиля, причины — «за», но есть столько причин против его постройки, но есть одна причина вечная, абсолютная и незыблемая, причина «за», против которой невозможно подыскать другую против. Это текст в Библии, в который верят все израильтяне, это обещание Бога отдать им эту землю. Он вообще Израилю всякую лафу наобещал, и люди в это верят. Любую причину можно оспорить, но эту — никогда. Люди верят в Бога, верят в Его слова, и потому цепляются за свою землю изо всех сил, вопреки всем угрозам и здравому смыслу, из последних сил будут цепляться. Израиль стоит только верой. Но если они поверят, что Бог отвернулся, что проклял их, то Израилю придет конец. Цепляться за эту землю даже зубами бесполезно. Люди побегут. Не в один день, не сразу, но Израиль падет. Это так же ясно как то, что вера в благословение Христа России поднимет ее.
— Не буду спорить, — Хуторковский пожал плечами. — Поскольку в Бога не верю… хотя насчет Израиля — вопрос спорный, насчет России я с вами соглашусь — если каждый школьник будет расти с убеждением, что сам Христос благословил Россию… да, у нее появится шанс. Согласен, что потеря «Ежика в тумане» может принести вам убытки. Знаете, после ваших рассуждений у меня мелькнула дикая мысль… что израильтяне узнали каким-то образом про ваши зловещие планы, мало того, убедили нужных людей и в Кремле, что ваши планы зловещи… — Хуторковский заулыбался вслед за Эдиком, — и только потому мне предложено забыть про «Ежика«…хотя гораздо проще и дешевле было бы вас попросту шлепнуть…
— Действительно, дикая мысль, — сказал Эдик. — Особенно для человека неверующего. Вы в чудеса тоже верить не должны бы, а?
— Я и не верю, — вздохнул Хуторковский и достал вторую рюмочку. — Выпейте коньячка. С горя. Я могу компенсировать вам только… скажем, десять миллионов долларов. И вы забываете про «Ежика».
— Двести, — сказал Эдик, присаживаясь к столу. — Ваш коньяк меня не рассиропит. Андрюха копытами землю роет, ждет звонка. Он от лекций в Гарварде отказался, все тянет с согласием, потому что ждет моего звонка…
— Ну, хорошо, пятьдесят.
— Арабы обещают пожертвовать на российскую культуру двести миллионов долларов, в случае успеха, а без «Ежика» и Андрюхи, который его раскопает, вероятность успеха сильно снизится. Так что — двести миллионов — торги тут не проходят. Если вы уговорите израильтян пожертвовать на российскую культуру двести миллионов, тогда я могу забыть про «Ежика» и за ваши жалкие пятьдесят.
— Боюсь, мне это не удастся. — Хуторковский улыбнулся. — Я вас понимаю. Вы обещали арабам разрушить Израиль за двести миллионов долларов, а слово надо держать. Есть же деловая этика. С утерей «Ежика» ваши планы становятся более проблематичными, согласен. Так что сто миллионов так и просятся в ваш карман, чтобы скомпенсировать возможные потери. Но не больше. И эти деньги я просто плачу из-за своего расположения к вам. Мои счета арестованы, не забывайте.
— Ну, хорошо, — сказал Эдик. — Тем более что стольник в «Ежика» уже вбухан. Раскопок не будет. Я ни за что не пошел бы на это, если б от «Ежика» и только от него зависело возрождение России. К счастью, еще и Гималаи есть. Там раскопают самые центровые свидетельства. Поймите, мне за Россию же обидно. Загибается же. Я же патриот. Вот номер счета, на который вам следует перевести деньги. Один такой тихий швейцарский банк.
— Завтра же переведу, — пообещал Хуторковский. — Как показывает мой опыт, встреча двух олигархов всегда оканчивается денежными потерями для одного из них. Я просто не знал, что вы олигарх. Я бы лучше подготовился.
— Олигархи никогда не предупреждают о нападении, — усмехнулся Эдик. — Впрочем, ваши слова справедливы только для России. За границей встречи олигархов всегда кончаются взаимной прибылью. Еще одно доказательство того, что Россия гибнет. Сегодня она ослабела еще на стольник.
