- Внутренние постройки мы с помощью людей восстановим, а вот ограду в лихие годы растащили почти полностью, сделать хотя бы ворота и какую ни будь временную, а там потихоньку будем делать настоящую. - Из областных городов ближе всего к монастырю была Тула. Я довольно быстро нашел подрядчика. Когда он узнал, что мне нужно уложить 600 кубических метров кладки, притом половина облицовочным кирпичом, он стал носиться со мной, как с писаной торбой. Я при нем договорился со Старооскольским кирпичным заводом о поставке 310 тысяч кирпича и проплатил его поставку. Я поставил условие, чтобы на кладке работало двадцать каменщиков, и добавил 30 процентов к стоимости работ. Вопросов не возникло. Стоимость всей ограды с новыми воротами уже подходила к 20 миллионам рублей. Все остальные организационные вопросы должен был решать подрядчик. Пока я провозился с заказом ворот, съездил домой и назначил Галю исполняющим директором. Работа на монастыре закипела полным ходом. Я договорился с мастером и стал жить в вагончике с рабочими и работать подсобником у каменщиков. Я вставал в 6 часов утра быстро перекусывал и шел на работу. Я был подсобником у трех каменщиков и пока они приходили на работу, я если нужно переставлял леса, подносил кирпич, замешивал раствор. Уходил я тоже последний и часто помогал другим подсобникам. Особенно это понравилось здоровому нагловатому Артему,
- эй Виктор ты все равно сидишь отнеси кирпичи моим я пока чайку попью. -Я нагружал себя любой работой лишь бы не думать и прийти, и упасть от усталости и сразу заснуть, лишь бы не думать. Я молча поворачивался и нес кирпичи. Пару раз он подходил ко мне с просьбой,
- что -то приболел не поработаешь за меня, - я понимал, что он врет, но чем больше работы, тем сильнее я устану, тем легче мне будет уйти от мыслей, а это хорошо для меня, и я соглашался. Мужики из нашей бригады начали возмущаться, но Артем заявил, что он меня не заставляет, а просит и я сам не отказываюсь, и они вынуждены были замолчать. Все это продолжалось до тех пор пака однажды Артем придя на площадку и не видя меня за штабелем не сказал,
- где этот козел пусть за меня сегодня поработает. - Я вышел из- за штабеля подошел к Артему и молча взяв его за шиворот макнул головой в раствор. Вечером после работы, когда я шел к своему вагончику меня встретил Артем со своим другом.
- Ну ты это если хочешь по-хорошему, чтобы мы тебе кости не переломали, завтра зарплата, ты пашешь без выходных тебе там нормально начислили отдашь ее нам, иначе за сегодняшнее попадешь в больницу. - Я искренне расхохотался,
- дело в том, что я помогаю монастырю и работаю здесь бесплатно моей фамилии в ведомости нет. -Тут из -за спины Артема выдвинулась вторая личность
- брешешь ты все, за просто так, так не вкалывают, завтра с утра пойдем к мастеру получать деньги и если попробуешь сбежать я тебе лично перо в бок воткну. -Утром в сопровождении двух мордоворотов я двинулся к вагончику мастера, который вышел нам на встречу. Посмотрев на мое сопровождение он произнес в их сторону.
- Куда идете зарплаты сегодня не будет, идите по рабочим местам. - И уже обращаясь ко мне произнес.
-Виктор Михайлович я как раз шел к вам по поводу зарплаты, в конторе не прошли какие -то платежи, и они не могут перечислить деньги на зарплату, а я если не выдам зарплату рабочие могут бросить работу. Не могли бы вы в счет взаиморасчетов подбросить нам 600 тысяч рублей.
- Да конечно,- я вытащил телефон и дал команду бухгалтеру.
-Вам сегодня же переведут деньги на счет, можете завтра посылать людей в банк. - Вечером ко мне подошел Артем,
-Виктор Михайлович ты извини мы немножко напутали нам люди объяснили, что если бы ты захотел нас бы под эту стену закопали, извини со всеми бывает. - Я проработал на площадке уже месяц, когда за мной пришел монах и сказал, что меня хочет видеть настоятель монастыря. Я ожидал увидеть старца, однако настоятелем оказался высокий еще довольно крепкий мужчина. Лицо и глаза светились добротой и располагали к беседе. Он поблагодарил меня за то, что я принимаю такое деятельное участие в восстановлении монастыря и как финансист и как работник, он знал, что я живу в вагончике и работаю простым рабочим. И спросил почему я не прихожу на службу. Я честно признался, что ничего не понимаю, ни в порядке провидения службы, ни слов молитв, которых кроме: «Отче наш», я не знаю. Он привел мне пример, когда приходишь в школу не умеешь ни читать, не писать, а потом со временем учишься всему, так и когда приходишь в церковь тоже не знаешь ничего, а потом со временем начинаешь понимать и службу, и молитвы. Мы долго разговаривали, он отвечал на мои многочисленные вопросы. Я рассказал, что потерял веру в людей, веру в любовь. Он привел мне слова из проповеди отца Иоанна в Михайловском соборе Псково-Печорского монастыря в 1987 году: «Нам дана от Господа заповедь любви к людям, к нашим ближним. Но любят ли они нас или нет-нам об этом нечего беспокоится! Надо лишь о том заботится, чтоб нам их полюбить!»
