Гамлет Мхитарян очнулся на полу в каком-то тесном помещении. И первым делом потянулся к скучающей поблизости едва начатой бутылке коньяка с неизвестным ему названием "Ледяные горы". Граната не имел ни малейшего понятия, как попал сюда. Сделав хороший глоток, файтер проверил нагрудный карман комбинезона. Все пять кардов, как и положено, были на месте. Нэп со скудным набором вещей отпускника лежал у стены. Мхитарян с трудом повернул словно набитую песком непослушную голову и обнаружил дверь за спиной. Он поднялся на ноги с тяжелой грацией крейсера, преодолевающего гравитационное поле планеты-гиганта, и направился узнавать, куда это его занесло. Кое-какие подозрения на сей счет у него были, но хотелось полной определенности.
Нет, то, что он вытворял в Фофоло в компании хошек всех мастей и примкнувших к ним посетителей самых разных кабаков, где ему довелось побывать, помнилось. Хотя и не так четко, как хотелось бы.
Водопады спиртного... Танцы на столах... А вот по потолку все-таки не бегал... Бои без правил, в которых он участвовал, не прибегая к экстре, и его почти тут же вырубил какой-то верзила ‒ из автохтонов, судя по пепельной коже... Песни под гитару, причем на гитаре играл не он. Он не играл, а пел. Громко, самозабвенно, до хрипа...
Какой-то на уши поставленный кабак, перевернутые столы, женский визг и вой полицейских сирен... Кухня с остолбеневшими поварами, черный ход, прыжок в уникар и полет черт знает куда... Темные заросли ‒ и опять огни кабака... И составленные вместе безразмерные ложа, горы жратвы, реки пива и множество голых тел. И смех из ванной, а потом ‒ чья-то расквашенная рожа... И хошки тянут его куда-то, а он поливает их шампанским...
Сделав несколько шагов по коридору, Граната торопливо проверил банк-кард и облегченно выдохнул: время нищеты еще не пришло. Хотя и потрачено было немало.
Но что было дальше? Где он сейчас?
Разъяснения Мхитарян получил у первого же попавшегося на глаза серва. И разъяснения эти привели файтера в замешательство. Оказалось, что он находится на борту галеры "Луций Муммий", галера уже прошла через саб и чешет по планетной системе Фатума, приближаясь к единственному колонизованному миру в этом уголке Виа Лактеа[8] ‒ Серебристой Луне. Как его угораздило приобрести билет, и что он забыл на Серебристой Луне, являлось тайной за семьюдесятью семью печатями. А то и больше. Ясно было одно: планета Китеж осталась позади, вместе со всеми ее кабаками и хошками. Нужно было жить дальше.
Черная дыра в собственной памяти настолько расстроила Гранату, что он, вернувшись в свою каюту и усевшись на узкое ложе, решил хотя бы пару дней ‒ до Серебристой Луны ‒ притормозить с выпивкой. Уж больно тревожные были симптомчики.
Приняв такое решение, он слегка повеселел. Хлебнул еще коньяку ‒ исключительно для поправки здоровья, ‒ вытащил из кармана плоскую коробочку унидеска и начал разбираться с мейлами.
Посланий было три: два текстовых, с перерывом в несколько часов, от "бати"-вигиона Андреаса Сколы, а еще одно ‒ видео, с прицепленной объемкой, от адресанта, подписавшегося: "Ко-ко".
Начал Граната именно с него. Появившееся в сером облачке озы ‒ объемной зоны унидеска ‒ большеглазое женское лицо, обрамленное пышными светлыми волосами, миловидное, хотя и чуть опухшее, он узнал довольно быстро. Кажется, именно эта девушка была одной из последних, с кем он общался ‒ в разных смыслах этого слова ‒ на Китеже.
‒ Привет, Гамлет, ‒ подмигнув, сказала блондинка. ‒ Если ты открыл этот мейл, значит, уже очухался. С чем тебя и поздравляю. Ты обещал заглянуть на обратном пути, не забыл? Кабак "Плакучая ива". Смотри, не перестарайся на Серебристой, ‒ она хихикнула, ‒ чтобы и на меня хватило сил. Жду, лапочка моя носатая! В прицепе ‒ процесс доставки тебя на предполетный контроль, как ты и просил. Там все прыгает, но это уж ты сам виноват ‒ я до сих пор шампанским писаю. А еще хочу тебе сказать, носопыра ты мой...
Граната поморщился и вырубил блондинку. Не открывая прицеп, удалил мейл, поставил блокировку на адресанта и привалился спиной к переборке.
Почему он выбрал именно Серебристую Луну, оставалось неясным, но зато теперь понятно было, как он оказался на борту "Муммия". И почему он так поступил, тоже было понятно. Надоел ему этот длительный загул, просто надоел...
Мхитарян с грустью подумал о том, что приличные эфесы, получив отпуск, спешат домой... как Гладиатор... как Годзилла... А вот его домой совсем не тянуло. Нехорошая атмосфера была в родительском доме, в городе Арарате на планете Лавли ‒ одной из пяти спутниц желтой звезды Янус. Или Татлян, как по старинке называла эту звезду прабабушка.
Покосившись на бутылку, он открыл мейл вигиона ‒ копию предыдущего послания того же Андреаса Сколы. Вигион был лаконичен:
