— А для тебя новость, что тебе придется кому-то подчиняться, — так же язвительно подхватил Харальд. — Но сейчас у тебя нет выбора. Я договорился с Висислейвом конунгом, что он отдаст мне тебя. Наверное, ты уже знаешь об этом. Я виделся с ним, и он сказал, что и ты, и все твое приданое здесь. И священник есть, так что мы можем устроить свадьбу хоть сегодня. Я передам свадебные дары тебе и подарки твоим родным, чтобы наш брак считался законным и ты называлась королевой. Ты ведь не хочешь быть наложницей, чтобы через десять лет и про тебя говорили, что, дескать, эту женщину называли рабыней конунга, а твоих детей всю жизнь попрекали рабским происхождением!
— Во-первых, мой отец этого так не оставит. И мой дядя Анунд, конунг Свеаланда, раз уж ты так кстати об этом вспомнил! Тебе нужна война с Гардами, Свеаландом и с Магнусом одновременно? Он ведь тоже не останется в стороне, если его невесту украдут! На что ты рассчитываешь, Харальд сын Сигурда? Всех считаешь слабаками, а себя одного — новым Харальдом Прекрасноволосым? Да еще и Владимиром Крестителем заодно, — добавила она, намекая на его захват Ладоги.
— Я рассчитываю на твое благоразумие! Потому что тебе и твоей чести эта война уже не поможет! — Глаза Харальда сердито сузились, в голосе прорывалась едва сдерживаемая ярость.
— Не рассчитывай на мое благоразумие! У меня его так же мало, как у тебя! А еще у меня
В лице Харальда что-то дрогнуло, и Елисава поняла, что он испугался.
— Не делай этого, Эллисив, — попросил он. Просительный тон давался ему с трудом, но княжна видела, что он и правда встревожен. — Я тебя вытащу, но… может случиться беда. Я все-таки лучше, чем… водяные тролли… или кто тут у вас водится? Да и ты не валькирия, чтобы носиться по воздушным тропам над морем и прочей водой.
— Почему же?
Елисава огляделась. Она стояла на толстой ветке ивы, как На Диковинном мосту, один конец которого висел в пустоте, Как На некой воздушной тропе между землей и небом, между сушей и водой. Священное место на грани стихий. Место, где решаются судьбы.
— Ты ошибаешься, Харальд сын Сигурда, — сказала она. — Для тебя я валькирия. И тебе лучше уйти. Так будет гораздо лучше для нас всех.
— Я не уйду. — Он покачал головой. — Я приехал сюда за тобой, Эллисив, и без тебя не уеду.
— Но почему я тебе так необходима? — в отчаянии воскликнула она. — Неужели ты не можешь найти себе другой жены? Чем тебе та Мария греческая была нехороша? Разве у королей и конунгов больше нет дочерей?
— Мне не нужны дочери других королей! Десять… одиннадцать лет назад я посватался к тебе. Твой отец пообещал, что ты будешь моей, когда я приобрету богатство и славу, докажу, что я истинный наследник Харальда Прекрасноволосого. И все эти одиннадцать лет я знал, что в Гардах меня ждет моя невеста, прекрасная дева знатного рода.
— Но я была ребенком! Я ни за что не поверю, будто ты мог уже тогда испытывать ко мне какие-то чувства.
— Ты была красивым ребенком, Эллисив. Ты была умным, бойким, резвым ребенком, и все наши говорили, что уже года через три-четыре ты будешь охре… обалденной красоткой!
— Выбирай выражения, Харальд сын Сигурда! Ты здесь не в гриде!
— Одиннадцать лет я ждал, когда вернусь в Гарды и получу тебя. Я отсылал мою добычу твоему отцу, хотя мог бы держать ее при себе. Но я хотел, чтобы он видел, как мне везет, и спокойно ждал, не отдавая тебя за другого. И ты дождалась меня! Дождалась, хотя могла выйти замуж! Неужто ты так долго ждала, чтобы у меня на глазах выйти за Магнуса? Твой отец мог отдать тебя за него еще лет девять назад — но не отдал. Почему? Чтобы подразнить меня. Я не позволю! Ты предназначена мне, и я тебя получу!
— Ты получишь свою смерть, придурок! — огрызнулась Елисава.
При этом она чуть не сорвалась в воду — покачнулась и с трудом устояла на ветке, едва успев поймать равновесие и нашарить среди тонких ветвей опору понадежнее. Харальд при этом невольно подался вперед, будто хотел ее подхватить, но остановился, не желая, чтобы при его приближении княжна все-таки бросилась в воду.
— Ты получишь достойную награду за твое упрямство! — яростно продолжала Елисава. — За твою наглость и бессовестность! Ты поступаешь, как разбойник, и с тобой поступят, как с разбойником! Ты умрешь, если женишься на мне, умрешь сразу после свадьбы! Тебе не дадут уехать из Гардов! Как только я стану законной наследницей твоих сокровищ, ты станешь покойником! Меня для этого и прислали сюда! Чтобы ты освободил Альдейгью, привез сокровища, на законных основаниях передал их мне, а потом исчез. И про тебя будут рассказывать, что он-де «погиб на Восточном Пути». И все! Про тебя даже саги не будет, потому что никто ничего не узнает!
Она замолчала. Харальд ответил не сразу. Его лицо застыло в напряженном раздумье. Благодаря изощренному в разных хитростях и коварстве уму, он довольно быстро понял, что имела в виду Елисава.
— Твой отец и Висислейв… оба в доле? — спросил он несколько мгновений спустя. — Они помирились через мою голову?
