– Симон обещал, что карета в любой момент отвезет меня.
– Ах, Симон…
Бешеный взгляд декана не предвещал наследнику Гольдбергов ничего хорошего.
– Никакого Симона, – постановил Бланко и сунул маску мне в руки. – Надевай. Верну тебя в Академию сам. Неизвестно, что ты еще успеешь натворить по дороге, тебя ни на минуту нельзя оставить!
Я обреченно натянула маску и позволила декану вывести меня из-за кустов. Вслед за ним я безропотно проследовала к воротам. Стоило нам оказаться за ними, как Бланко тут же коснулся кольца для перемещения.
Я ждала, что мы окажемся в кабинете декана или у дверей общежития, но меня окружала привычная обстановка собственной комнаты. Я хлопнула в ладоши, зажигая свет. А потом не удержалась и съязвила:
– Что, перемещаться в личные комнаты адепток уже разрешено?
Но Бланко не ответил. Он смотрел мне за спину и выглядел потрясенным. Я повернулась и обомлела. Лютик царственно возлежал на моей постели и укоризненно взирал на людей, которые посмели нарушить его покой.
В следующий миг Бланко сотворил жест призыва, и в его руках появился лук. Зверь тут же подобрался и оскалился. А я сделала очередную глупость и загородила льепхена собой.
– Лютик, фу! – поспешно сказала я, затем обратилась к Бланко: – Не надо, он хороший!
На миг декан оторопел. Этого оказалось достаточно, чтобы льепхен метнулся к окну и выскользнул в приоткрытую створку.
Бланко выругался сквозь зубы и схватил меня за плечо.
– Что это значит? Ты что, и правда все это время прятала его здесь? И колбаса…
С тяжелым вздохом я призналась:
– Да, колбасой я его и прикормила. Но дело вовсе не в ней! Я думаю, у них есть связь с соннами, как у стражей с байлангами. И я ее получила, когда схватила его за ядовитый хвост.
Я протянула декану пустые ладони, напоминая о ранах. Но сама вспомнила о другом.
Ночь, кабинет, литые мускулы Бланко и моя кровь, которая впитывалась в рисунок вместе с ядом.
Декан обескураженно смотрел на меня, пытаясь разобраться в происходящем. Я ему даже посочувствовала. Столько всего случилось за этот вечер. А он, наверное, и не знает ничего о байлангах. Придется и мне побыть учителем – дать ему ликбез по боевым псам Севера.
Но сделать это мне не дали. Бланко метнул короткий взгляд на окно и приказал:
– Поговорим позже. После завтрака явишься в мой кабинет. А сейчас я отправляюсь ловить эту тварь. И спрячь браслет! Если хоть кто-нибудь узнает, что он у тебя…
С этими словами он снова коснулся кольца и тут же исчез. А я села на постель и почувствовала невероятную усталость. Бланко помог мне выиграть браслет, Бланко меня поцеловал, Бланко раскрыл мою тайну и увидел льепхена…
Слишком много событий для одного вечера. Хотелось уснуть и забыть это все. А лучше проснуться, и чтобы все оказалось сном.
Хотя… Нет, поцелуй с деканом забыть невозможно. Бланко ушел от ответа и не сказал, узнал он меня в тот момент или еще нет. Мысль о том, что он не понимал, кого целует, резала без ножа. Его привлекла всего лишь маска, а не я.
Так, погодите! Неужели я и правда хотела бы ему нравиться? Это же учитель! Декан… Он старше и не будет связываться с малолеткой. И я ему не нравлюсь, и не должна. Поцелуй – всего лишь случайность. Нужно выкинуть его из головы и учиться дальше. В конце концов, я здесь для этого.
Если дядя Вест узнает, что я успела натворить за две недели, остаток жизни я проведу в комнате для медитаций, размышляя своем поведении.
Усталость навалилась с новой силой, и я махнула на все проблемы рукой. Подумаю об этом завтра. Нужно раздеться и лечь спать, больше я сегодня ни на что не способна. А Лютик… я уверена, что Бланко его не поймает.
С этой мыслью я сбросила платье и затолкала его в шкаф поглубже. На плече при этом чувствовался какой-то странный холодок. Я скосила глаза. А в следующий миг уже стояла перед зеркалом, изумленно рассматривая свое отражение.
На белой коже правого плеча отчетливо выделялись черные завитки. Вычурные линии складывались в знакомый до боли узор. Одинокая роза и ветвящаяся молния. Под моим взглядом рисунок шевельнулся и деловито переполз на лопатку.
Сомнений не было. Это кусок живой татуировки Бланко! Но что он делает на моем теле? И, самое главное, как сказать об этом декану?!
Росио Бланко
Нужно было сделать очередную попытку поймать льепхена. Но сначала Росио переместился в свою комнату. Больше всего хотелось разнести здесь все и дать выход чувствам. Но он только выругался вслух, а затем сбросил камзол и рубашку.
Рисунок на спине проснулся и дышал жаром, хотя Росио не использовал его сегодня. Еще один пункт в копилку странностей этого вечера.
Феликс выплыл из камина и завис над кроватью.
– Что такое? – Фениксоид нахмурился. – На тебе лица нет.
Но Росио ничего не ответил. Только развернулся и молча прошествовал в ванну. Сюда Феликс не сунется. Он ненавидит воду. А пересказывать ему все, что произошло в доме герцога Удинезе, не хотелось.
