Я поспешно отодвинулась и приподнялась на локте, чтобы осмотреться. Комната оказалась полной противоположностью кабинета. Тяжелая старинная мебель с вычурной резьбой, с которой контрастировали светлые портьеры на окнах. На спинку кровати был небрежно брошен тот самый лиловый с золотом камзол, в котором вчера был декан.
Это что, его комната? И мы лежим в его постели?!
Я едва не застонала в голос от этого осознания. Бланко такой расклад тоже не пришелся по вкусу. Он метнул яростный взгляд на парящего фениксоида и рыкнул:
– Она здесь зачем?! Верни ее в общежитие!
Но Феликс и не подумал слушаться, а вместо этого заявил:
– Сам ты уже не справишься. Если тебя не устраивает Марта в качестве помощницы, могу позвать Луди.
Этот вариант декану явно понравился меньше. Я в это время уже подползла к камзолу и запустила руку в карман. В ладонь сразу легло что-то продолговатое и холодное. Пользуясь заминкой своего учителя, я вытащила незнакомый предмет. Зеленый цвет подсказал, что я нашла искомое. Именно это дракон дал Бланко в тот день в лазарете.
В моей ладони лежала продолговатая склянка с изумрудно-зеленой жидкостью. Вокруг прозрачной крышки витал легкий ореол магии.
– Брось ее, – потребовал декан таким слабым голосом, что мне захотелось немедленно влить в него все содержимое пузырька.
Только бы все это прекратилось, и он начал вести себя так, как всегда.
Феликс мягко приземлился на спинку кровати и сложил крылья. А после деловито сообщил:
– Да ты не переживай, через несколько минут он потеряет сознание и возражать уже не сможет. Иди сюда, я скажу тебе, что делать.
Обнадежил так обнадежил! Стало еще страшнее.
Бланко покосился на мои дрожащие руки и обреченно закрыл глаза. А Феликс приказал:
– Снимай с него рубашку.
Я удивленно воззрилась на него, и фениксоид повторил:
– Давай быстрее, пока он еще может хоть как-то шевелиться. Раздеть мужчину в бессознательном состоянии сложнее, поверь. Половину пузырька нужно вылить на татуировку, а вторую половину принять внутрь. Ему, разумеется, не тебе.
Я мысленно застонала, но медлить больше не стала и потянулась к пуговицам камзола. Бланко безропотно позволил расстегнуть сюртук и рубашку, а затем, стиснув зубы, повернулся и позволил мне стянуть с него одежду.
Татуировка пульсировала и переливалась черным и серым. От нее как будто поднимался дым, и выглядело это жутковато. Я отвела в сторону светлые волосы Бланко и откупорила склянку.
– На татуировку, в любое место, – подсказал Феликс.
Я щедро плеснула зеленую жидкость, и Бланко зашипел от боли.
– Помедленнее, – спохватился фениксоид.
– То быстрее, то медленнее, – возмутилась я. – Предупреждать надо!
– Да забери ты ее отсюда, – процедил декан.
– Позвать Луди? – елейным голосом спросил Феликс.
После этого Бланко замолчал и безропотно позволил мне вылить ему на спину еще несколько капель лекарства, а потом так же безропотно проглотил остатки жидкости.
Я закрыла пузырек и требовательно спросила:
– Что это за штука? Вы сказали, что это не родовая магия. Тогда что?
Декан покосился на меня затуманенным взором и ничего не сказал. А я напомнила:
– На мне тоже есть эта магия. И, судя по тому, что я вижу, тот кусочек – все-таки часть вашей татуировки.
Я провела пальцами по обнаженной коже Бланко, очерчивая рваный край рисунка с одной стороны. И только потом осознала, что делаю, и отдернула руку. Татуировка на его спине медленно успокаивалась и затихала.
Бланко повернул голову и хрипло пообещал:
– Я избавлю тебя от нее.
Но теперь Феликс смотрел на меня с интересом.
– И как же она перебралась на тебя? Ты снова ловила льепхена за хвост и Росио пришлось тебя спасать?
– Не совсем, – пробормотала я. А потом упрямо повторила: – Так что это за штука? Из-за нее вы…
Бланко промолчал, а фениксоид возвел глаза к потолку.
– Не из-за нее, а из-за чьей-то глупости. Луди дал тебе снадобье неделю назад, Росио. Но ты, как всегда, тянул до последнего. Сначала использовал татуировку, потом полночи гонялся за льепхеном. И, вместо того чтобы лечь спать, потратил прорву магии на полигоне. Что произошло на этой игре такого, что ты забыл обо всем и не переложил склянку?
Я смущенно потупилась, а декан отрешенно уставился в пустоту. Феликс перевел задумчивый взгляд со своего хозяина на меня и догадался:
– Что-то произошло между вами?
В глазах птицы горело любопытство, но никто из нас не спешил его удовлетворять. Друг на друга мы тоже старательно не смотрели. Я вскочила с постели и пробормотала:
– Наверное, мне пора.
– Феликс, унеси ее в общежитие, – приказал Бланко.
Фениксоид нехотя взмахнул крыльями и поднялся в воздух. Но тут я спохватилась:
– Ах да… Я же хотела вас кое о чем попросить.
Декан обреченно посмотрел на меня и прохрипел:
– Проси.
Его дыхание стало выравниваться, но лоб еще был покрыт испариной. Я почувствовала укол совести. Человеку плохо, а я о насущном. С другой стороны, еще вопрос, будет ли он меня слушать здоровым. А так у него и выхода нет.
Я опустилась на край постели и напомнила:
