С этими словами он развернулся и направился прочь. Пульсация в ладонях начала медленно угасать. Я недоверчиво смотрела в спину ректора. Неужели?
Свои теории я побоялась оформить даже мысленно. Возможно, царапины реагируют на что-то еще? Например, близость Лютика.
На всякий случай я решила обшарить розовые кусты вокруг выхода. Когда я присела, чтобы рассмотреть землю возле последнего, над моей головой раздался голос:
– И долго я буду тебя ждать?
Упс! Бланко…
Я поспешно вскочила на ноги и пробормотала:
– Простите.
Декан задержал взгляд на моих волосах и нахмурился.
– Что ты там ищешь?
Мне пришлось признаться:
– Лютика.
Бланко потребовалась пара мгновений, чтобы вспомнить, кого я так зову.
– Он вернулся? – Декан тут же напрягся.
– Нет. Но вдруг…
Я развела руками, а затем перекинула пятнистые волосы за спину. Стоило их собрать, чтобы остальные меньше смотрели. Вот и Бланко с них глаз не сводил. Хорошо хоть, не смеялся.
– Вдруг? – продолжил он. – Почему ты решила поискать льепхена именно здесь и сейчас?
В голосе Бланко ирония смешивалась с нотками настороженности. Я покосилась в сторону прохода, куда совсем недавно ушел ректор, и призналась:
– Кое-что почувствовала.
– Что именно? – продолжал допытываться он.
Я попыталась отпереться:
– Вы мне не поверите.
– Это я решу сам, – продолжил настаивать декан. – Рассказывай.
Тогда я сдалась и прошептала:
– Не здесь.
На лице Бланко появилось желание вытрясти из меня все немедленно. Я инстинктивно подалась назад, но тут он кивнул.
– Хорошо, тогда после тренировки.
– Там ужин и отработка у господина Джоберти, – робко возразила я.
– Значит, в твоих интересах показать хороший результат, чтобы я отпустил тебя пораньше, – бросил Бланко и направился прочь.
Третий полигон оказался длинным и узким – всего десяток шагов в ширину. Плотные магические экраны отделяли его от соседних стрельбищ. Я вышла на позицию и призвала лук, а Бланко пристроился возле ограждения, скрестив руки на груди.
Я и сама не знала, хочу ли делиться своими подозрениями с деканом. Может быть, поэтому я никак не могла сосредоточиться. И, вместо того чтобы показать отличный результат, раз за разом показывала худший. Когда очередная стрела рассыпалась фейерверком на полпути к цели, Бланко не выдержал:
– Достаточно на сегодня.
Я отправила на место лук и приготовилась к тому, что меня будут ругать. Но вместо этого декан шагнул ко мне и коснулся своего кольца для перемещений. Не успела я моргнуть, как мы уже стояли в его кабинете.
Феликс, дремлющий на спинке кресла, встрепенулся и озадаченно взглянул на меня. Бланко махнул рукой на стул и рухнул в свое кресло. А затем приказал:
– Рассказывай. С чего вдруг ты начала искать эту тварь у выхода к полигонам?
– Его зовут Лютик, – поправила я, усаживаясь напротив него.
Декан не сводил с меня внимательного взгляда. Я не была уверена в том, что стоит делиться с ним своими догадками. Но сама не заметила, как начала рассказывать:
– Тогда, во время игры… Я смогла почувствовать магию соннов благодаря царапинам от чешуи льепхена. Каждый раз, когда шар приближался, мои ладони начинали зудеть.
Я заметила, что Феликс не удивился тому, что я была на игре.
Неужели Бланко рассказал ему? Хотелось верить, что кое о каких деталях он умолчал.
– При чем тут игра? – нахмурился декан.
– Сегодня… произошло почти то же самое. Мои ладони начали зудеть. Я подумала, что, возможно, Лютик близко.
Феликс перелетел на стол и проворчал:
– А при чем тут льепхен? В доме герцога Удинезе этой твари быть не могло.
– Но тогда выходит, что я почувствовала магию соннов, – возразила я. – Здесь, в Академии.
Бланко тут же поднялся.
– Нужно обыскать выход.
Но я поспешно добавила:
– Думаю, дело не в этом. Зуд начался, когда я проходила мимо ректора Барта, и закончился, когда он ушел.
Я ждала, что Бланко не поверит мне и возмутится. Но вместо этого декан и фениксоид обменялись многозначительными взглядами. А потом я вздрогнула, потому что Бланко внезапно взял мои руки и осторожно провел пальцем по тончайшим, еле заметным шрамам. Он быстро спохватился и выпустил мои ладони, а затем сел.
– Значит, магия соннов у ректора… – задумчиво произнес он. – Или предмет, который содержит магию соннов.
Феликс напомнил:
– Она не сможет это доказать. Словам девчонки никто не поверит. Учится она здесь без году неделя. И тогда ей придется рассказать про льепхена, хвост и яд. А значит, и про то, что ты использовал…
Он выразительно посмотрел на своего хозяина. Тот кивнул и приказал:
– Нужно попробовать снова. Сегодня.
– Попробовать что? – тут же спросила я.
Бланко вспомнил обо мне и отрезал:
– Ничего. Ты свободна.
– Вы обещали подумать насчет льепхена, – напомнила я.
– Еще не думал. Иди, а то опоздаешь на ужин. А потом у тебя отработка.
Я возмущенно засопела, но вышла из кабинета. Мне и правда нужно было спешить. Но теперь меня сжигало любопытство.
О чем же говорили Бланко и Феликс? Мое невероятное предположение их совсем не удивило. И что же мог принести ректор? Явно не шар для очередной игры, если мой учитель этим обеспокоен.
