— Забудь. — Она махнула рукой. — Он вчера всё оплатил, информацию скинул, я просмотрела, ничего такого невероятно нового на семейство Токугава.
Я посмотрел на неё с подозрением. До этого, она с жаром убеждала меня что что-то тут не чисто и нужно спросить с господина Ито за подставу, а теперь она предлагает оставить его в покое.
— Что не так? — Зло спросил я, проигнорировав протянутую мне кружку с кофе.
— Всё так. Контракт закрыт. — Спокойно она объяснила мне.
— А то, что он дал нам не полную информацию… — Начал говорить я, на середине предложения понимая, что скорее всего она получила как раз-таки полную.
— Что? — Она внимательно на меня посмотрела и поставила кружку на стол.
— Ты же всё знала. — Я разозлился.
— Знала. — Кивнула она, доставая огромный кусок пиццы. — А теперь и ты знаешь, что наниматель может врать, давать неверную информацию. — Она дула на пиццу, пытаясь её остудить. — А также то, что в любой момент всё может пойти не так. — Рассудив, что пицца достаточно остыла, она посмотрела на меня и откусила кусочек. — Ешь давай.
Ничего с ней не поделаешь. Я взял кусок. Он был уже остывший. Кофе тоже остыл, но мне было как-то всё равно на его вкусовые параметры. Верить похоже нельзя никому. Особенно Розмари.
— Хватит дуться как школьница, которую отвергли. — Подмигнула она мне. — Доедай и переодевайся, поедем делать тебе пропуск в высший свет.
Бюрократия в Японии — вещь, возведённая в культ. Наложенная на сословную градацию, усиленная любовью моих сограждан к бумагам, она превратилась в некую гидру, которую не победить. Потому как на месте одного пройденного чиновника, тут же вырастает два, подписи и справки, которых необходимо получить. К финалу хочется выжечь всю эту нечисть раскаленным железом и закопать. Всё это ещё и сопровождается другим хтоническим чудовищем — коррупцией. Переплетаясь, эти братья близнецы создают воистину уникальный дуэт. Пробиться через который быстро помогут деньги, связи или нечеловеческое упорство. Нечеловеческим упорством и прорвой времени мы не обладали. Розмари водила меня из одного кабинета в другой, улыбалась, вежливо общаясь с множеством сменяющихся чиновников, и заставляла мне кивать. Несколько дней, с перерывом на сон и еду мы катались по всему Токио, пока наконец, она не заставила меня одеть традиционный чёрный наряд и повезла в богато украшенное здание имперской канцелярии.
— Веди себя прилично. На вопросы отвечай коротко, да, нет, не знаю. — Наставляла она меня, поправляя ворот хаори.
— Понял я, понял. — Ответил я.
Зайдя в здание, я отметил малое количество людей, в сравнении с любым другим государственным учреждением. Чиновник, дородный японец, которому больше подошло бы выступать на поединке сумоистов, вышел к нам, улыбаясь. Ещё бы. Сколько денег мы заплатили за всё это. Половина гонорара Ито ушло только на одни справки, подарки и прочее.
— Здравствуйте, проходите. — Широко улыбаясь пригласил он нас.
— Здравствуйте. — Проговорили мы с Розмари.
— Итак, я ознакомился с вашими документами. — Он обратился ко мне. — А вы весьма перспективный юноша. — Засмеялся он, погрозив мне пальцем, украшенным золотым перстнем. — Но как вы понимаете, статус аристократа, тем более с вашей фамилией, получить не просто.
Это мы тоже обговаривали с Розмари. Земли и богатство клана потеряно навсегда.
— Я не претендую на наследство клана Чимей. Скажем так, я однофамилец. — Я протянул чиновнику потибукуро — красиво украшенный конверт, набитый купюрами.
Он слегка жеманно двумя пальцами принял конверт, и тут же убрал его куда-то в стол. Посмотрел оценивающе на меня, вздохнул.
— Ну, пойдёмте на полигон. — Он заглянул в открытый сейф. — мы маг или физик?
— Физик. — Немного шокировано ответил я.
— Хорошо, давно у нас не было физиков-самородков. — Пропел себе под нос и вытащил ключи, и планшетку с бланком. — Пойдём. — Он указал мне на дверь. — А девушка нас в коридорчике подождёт. — Обратился он к Розмари, подождав пока мы выйдем из его кабинета и закрывая его на ключ.
Мы шли по богатому коридору, который с каждой дверью будто терял свою роскошь. То тут, то там на стенах были подпалины, пробитые стены, закрытые прислоненными плакатами. Я с тревогой посмотрел на чиновника. Даже он, кажется, перестал быть мягким, а словно посуровел.
— Необычный переход? — Весело спросил он.
Я кивнул.
— Эта часть, на которой проводятся испытания претендентов, скажу честно, мы задолбались уже тут всё чинить. Так вот и решили оставить. — Подмигнул он мне.
Я улыбнулся. Вообще, как я понял из рассказов старика ситуация с помпезным фасадом и обшарпанным и бедным всем остальным была классической для многих аристократов. Я был в шоке, когда однажды он завил мне, что многие из них только делают вид что они невероятно богатые, на деле же многие, предаваясь безделью, влачили жалкое существование. Более-менее богатыми были кланы, которые что-то производили, или не гнушались наймом. Но, тем не менее, даже им гордость не давала идти в услужение простолюдинам.
