Новости мне надоели, от скуки я стал наводить порядок в её квартире. Убираясь, я обнаружил залежи оружия и боеприпасов. Таким количеством можно вооружить небольшой отряд. Чего там только не было и несколько уже знакомых мне винтовок, каждая по цене небольшого автомобиля, и пистолеты, даже несколько гранат. И всё это было грудой навалено в шкафу, в который я убрал вещи. Аккуратно разложены были только боеприпасы к ним, занимающие несколько полок.
Получив статус аристократа и звание мастера-физика, я получил разрешение на ношение оружия. Поэтому пару пистолетов я взял, как и несколько магазинов.
Глок, с удлиненными магазинами, я убрал в кобуру скрытого ношения, а ещё один пистолет небольшого размера я убрал найденную во время уборки кобуру для ношения на лодыжке. К нему магазин был только один, и то на девять патронов.
Экипировавшись, я если честно почувствовал себя невероятно круто. Есть что-то такое, когда ты ощущаешь приятную тяжесть настоящего оружия.
После уборки я походил взад-вперёд по комнате. На месте не сиделось.
Внезапно телефон зазвонил.
— Акихико! — Раздался голос наёмницы, прерываемый выстрелами. — Срочно хватай большойрюкзак и вали из квартиры. Встретимся … — Звонок прервался.
Естественно я подорвался. Большой чёрный рюкзак Розмари показывала мне до этого. В нём были деньги, документы и какая-то еда. Кажется, я даже пару париков там заметил. Эдакий тревожный чемоданчик.
Кажется, он всегда стоял рядом с входной дверью. Вместительный такой рюкзак, с множеством лямок, ремешков и прочего, такие обычно носят наёмники и солдаты в многочисленных одинаковых боевиках, столь обожаемых Розмари.
Схватив рюкзак, я немного подумал, и подхватил свой рюкзачок, прошедший со мной все тяжелые испытания. В нём валялись мои вещи, которые я не стал распаковывать, потому, как у Розмари в квартире их была целая куча. Метнувшись к шкафу, я закинул в него ещё несколько пистолетов и магазинов к ним, а так же покидал коробки с патронами. В дверь позвонили. Я аккуратно прикрыл дверцу, и подошёл к двери. Сгрузив оба рюкзака, рядом с входом, я вынул пистолет.
— Кто там? — Сонным голосом спросил я.
— Доставка пиццы. — Бодрый мужской голос отозвался.
— Я ничего не заказывал. — Параллельно с общением с неизвестными я смотрел в видео глазок, судя по которому общался я явно не с доставщиками.
— Видимо ваша девушка заказала. — Насмешливо произнёс голос.
— О да, — ехидно произнёс я, — она могла.
Я зажал пистолет в руке. Глок 18, с запасом в 33 патрона. За дверью человек десять, вооружённых автоматическими винтовками.
— Открываю. — Крикнул я и повернул ручку.
Едва замок в двери щёлкнул, как по ней прилетел мощный удар, теперь я понял, зачем Розмари был нужен видеоглазок. Первому же зашедшему пуля вошла прямо в голову, пока он падал, в дверь сунулась ещё пара вооружённых человек. Так же получившие по пуле.
Стреляя по ним, я находился в ускоренном восприятии. Поэтому граната, влетевшая из-за спин оседающих мужчин, сюрпризом для меня не стала. Находясь буквально на грани своих возможностей, я пинком отправил летящую гранату обратно. Через секунду раздался взрыв.
Подхватив оба рюкзака и закинув их на одно плечо, я выскочил в коридор. Повсюду виднелись тела, проверять остались ли среди них живые я не стал, сходу рванув в лифт, едва успев пролезть в закрывающуюся дверь. Пара пожилых японцев, одетых в дорогую одежду, ошарашено уставились на меня.
— Тяжёлый день. — Посетовал им я. — Вы на первый этаж?
Они не ответили, и на следующем этаже вышли, видимо, предпочтя спуститься по лестнице. Вооружённый парень — не самое приятное соседство в лифте. Лифт ехал до первого этажа, я же, подумав, поехал на подземную парковку, в надежде на то, что смогу раздобыть там машину. Выйдя на парковку, я понял, что преследовавшие меня, идиотами не были. По парковке ходил патруль. Мне повезло, что лифт выходил в тупичок, и с парковки не было видно открыт он или закрыт. Я натянул обе лямки чёрного рюкзака на оба плеча, закрепив их нормально. Свой, небольшой я умудрился прикрепить сбоку, за одну из торчавших во все стороны ремешков. Приготовив пистолет, я выскочил на освещённую площадку. Там было трое противников. Двоих я упокоил сразу, всадив по пуле в голову, девяти миллиметровый пробил черепные коробки, будто они были из гнилого арбуза. Последний же испепелил пулю ещё на подлёте.
— Клиент на парковке. — Проговорил он по рации. — Я упакую узкоглазого. — Только сейчас я понял, что у говорившего был довольно сильный акцент, вторую фразу он сказал на английском, и перед моими глазами встали двое убитых мною братьев.
— Он нам нужен живым. — Ответили ему, так же на английском.
Конечно же, я не стоял и не ждал, пока он договорит. Я скидывал с себя навьюченный рюкзак. От выстрелов мужчина отмахнулся огненной волной, затем послав в меня фаербол. Самый что ни на есть настоящий фаербол, пролетевший мимо и оплавивший часть столба.
— Нихрена себе. — Вырвалось у меня.
Только ускоренное восприятие, вкупе с накаченным энергией телом позволяло выдавать мне кульбиты, уклоняясь от потоков огня.
