Собрав силу воли в кулак, рыцарь заставил себя забыть о боли и неудобной позе и стал сосредоточенно думать о том, что ему удалось выяснить на данный момент. Человек, который обнаружил его полумёртвым возле шпигата, узнал главного военного наставника и позвал другого матроса. Вместе они перенесли мессира Анри в более спокойное место, где кто-то (Сен-Клер понятия не имел, кто именно) оказал ему первую помощь. Рыцарю плотно перетянули рёбра, перевязали глубокую рану на правом виске и отнесли его к носовой палубе. Тут Анри Сен-Клер и проводил в последние дни большую часть времени, не путаясь под ногами команды.
На королевской галере после шторма недосчитались двадцати одного человека. Это Анри знал точно: пока обрабатывали его раны, он слышал, как кому-то, находящемуся на кормовой палубе, — скорее всего, Безансо — докладывали о потерях. Сен-Клер решил, что пропавшие люди наверняка были его подчинёнными, непривычными к морю воинами, тогда как матросы, пожалуй, уцелели. Ему тут же вспомнилось, что вся команда галеры состояла из пятнадцати человек. Но если погибшие были воинами, а не членами команды, то каждому пятому из отплывших на этом судне бойцов уже не суждено будет обнажить меч против неприятеля. Эта мысль повергла рыцаря в уныние.
Он с немалым трудом повернулся и, взглянув через плечо, увидел человека, который опирался о носовое ограждение и смотрел вдаль.
— Эй! — окликнул его Анри. — Что там видно?
Человек смерил его взглядом с головы до ног, потом снова стал смотреть на море.
— Ничего, — буркнул он. — Океан пуст. Нигде не видно ни одного корабля. Вижу неподалёку только остов разбитого судна — оно перевернулось вверх дном, за ним плывёт сорванная мачта. Должно быть, внутри судна остался воздух, оттого оно и держится на плаву...
Он обернулся и, наклонив голову, посмотрел на Анри из-под густых чёрных бровей.
— Как вы себя чувствуете? Надеюсь, лучше, чем выглядите. На вид вы смахиваете на фаршированного лебедя с подвязанными ножками и крылышками, подготовленного для жарки. Кстати, кто вы вообще такой?
Анри снова сел, прислонившись к канатам. Тяжело, со свистом, дыша, он попытался расслабиться.
— Меня зовут Сен-Клер, — прохрипел он. — Говорят, у меня сломано несколько рёбер, и... Чёрт! Похоже, так оно и есть. Подойдите ближе, чтобы я мог вас видеть, хорошо?
Незнакомец встал там, где мог опереться локтями о поручень, и, сочувственно взглянув сверху вниз на Анри, кивнул.
— Сломанные рёбра — это скверно. Я сам сломал два ребра в прошлом году, на Кипре. Поскользнулся на мокрых сходнях, когда нёс мешок, да и свалился прямо на бревно. Поправлялся не один месяц. Меня зовут Блутам Синий Палец. Я из гребной команды.
Он поднял багровый палец — и Анри не понял, то ли это огромное родимое пятно, то ли последствия старой раны. Не успел он задать вопрос, как Блутам охнул.
— Сен-Клер? Надо же! Прошу прощения, мессир, вы ведь небось тот самый Сен-Клер? Главный военный наставник?
— Да, тот самый. Поможете мне подняться туда, откуда я смогу оглядеться по сторонам? Хотя бы ненадолго? Я не могу двигаться сам — меня и впрямь перевязали, как птичью тушку.
— Что ж, попробую.
Моряк по прозвищу Блутам согнул колени, присел на корточки, подхватил Анри под мышки и осторожно потянул его вверх. Анри резко вдохнул, но, к своему удивлению, почти не почувствовал боли, а потом забыл обо всём, уставившись на потерпевший крушение корабль, о котором раньше говорил Блутам.
— Спасибо, — промолвил наконец Сен-Клер. — Можете снова меня посадить.
Вновь очутившись в своём импровизированном кресле из канатов, Анри позволил себе мимолётно задуматься о том, что могло статься с его сыном. Правда, толку от этих размышлений было мало, поэтому мессир Анри набрал в грудь воздуху, с силой выдохнул и снова обратился к Блутаму:
— А как король, с ним всё в порядке?
Моряк приподнял бровь, как будто такой вопрос его удивил.
— Конечно, с ним всё в порядке. А почему бы и нет? Он знает, как вести себя в море, наш король. Привязался к поручню кормы и всё время, пока бушевал шторм, вместе с рулевым сражался с румпелем. Неудивительно, что люди смотрят на короля с благоговением. Этот человек подобен богу.
— Да, — кивнул Анри. — Временами он просто великолепен, не чета обычным людям... И что мы теперь будем делать, как по-вашему?
Блутам ухмыльнулся и снова поднял фиолетовый палец.
— Я же сказал, мессир, я — гребец. У меня никто не спрашивает советов. Мне говорят, куда идти, когда и как быстро. Пожалуй, вернусь-ка я на своё место.
Он выпрямился, собираясь уйти, но Анри остановил его взмахом руки.
— Пожалуйста, если увидите мессира Робера де Сабле, передайте ему моё почтение и расскажите, где я. Я хочу поговорить с ним, когда у него выдастся свободная минутка.
Гребец склонил голову набок.
— Я? Чтобы я подошёл к де Сабле и запросто с ним заговорил? Да он велит выкинуть меня за борт.
— Нет, не велит. Назовите ему моё имя и скажите, что вас послал я. Вот, погодите...
Мессир Анри начал шарить в поисках своей сумки, но гребец поднял руки в протестующем жесте.
