Джуд открыл было рот, но тут же закрыл его. Вместо этого он опустил взгляд на свою грудь. След, который я оставила на нем, резко выделялся на фоне бледной кожи, а иссиня-черные линии прорастали, словно извилистые лозы.
– Я ощутил тепло прямо перед твоим приходом, – пробормотал он себе под нос. Я приложила руку к груди, сосредоточившись на ощущении жара. Джуд приподнял голову. – Как это возможно?
Я определенно собиралась его придушить:
– Скажи мне, где ты.
Джуд напрягся, но покачал головой.
– Сириан. Я… я не знаю, где нахожусь.
Я достаточно хорошо изучила его повадки, чтобы понимать, когда он лжет.
– Я найду тебя, – пообещала ему. В глазах щипало. – Тебе лучше не сдаваться, пока я не…
– Это ловушка, – быстро перебил Джуд. – Сириан хочет использовать меня, чтобы добраться до тебя. – Он застонал, пытаясь встать на ноги. Его голос стал жестче: – Не приходи, Киара. Не позволяй ему схватить тебя. Если ты хоть когда-нибудь была готова ко мне прислушаться, то, пожалуйста, пусть это будет именно сегодня.
Мэлайя предупреждала нас, что Сириан находится под контролем бога Луны. И если это король схватил Джуда, значит, он угодил и в лапы нашего безликого врага.
Джуд споткнулся, но через мгновение выпрямился. Он сделал шаг ко мне; и все, чего мне хотелось, – это протянуть руку и обнять его. Капитан поднял ладонь, в его глазах плескалось удивление. Когда он потянулся, чтобы коснуться меня, дотронуться до моей щеки, его рука ударилась о барьер непроницаемого небытия.
Он выругался:
– Разумеется. Было бы слишком просто.
Я поднесла руку к его ладони, мы оказались в дюйме друг от друга, разделенные магией и поражением.
– Мы не созданы для простоты, капитан, – хрипло произнесла я. Жжение в глазах усилилось. Я еще не привыкла к подобному ощущению.
Джуд тяжело сглотнул.
– Мне никогда не следовало выбирать тебя, – сказал он, сжав губы в тонкую линию.
– Хватит об этом, – проворчала я. – Я – твое продолжение, Джуд, помнишь? Наши судьбы всегда были переплетены. – Просто так получилось, что я влюбилась в него. И очень сильно.
Комната резко накренилась. У нас осталось мало времени.
– Послушай, – начал Джуд, и на смену обожанию, которое он излучал несколько секунд назад, пришла настойчивость. – Мальчик в зеленой палатке… – его слова обрывались, голос звучал приглушенно, – в переулке возле «Брошенных костей». У него…
Потом я совсем перестала его слышать.
Он беззвучно произносил мое имя, но пламя во мне рассеивалось, и промежуточный мир постепенно распадался на части, уносимые штормом песчинки.
– Джуд! – закричала я, и ониксовые тени обвились вокруг его тела, поглощая.
Я выкрикивала его имя до тех пор, пока голос не охрип и перед глазами не поплыло. До тех пор, пока от резкого рывка я не стала
Крепкие и сильные руки обхватили мои плечи.
Передо мной снова виднелись тусклые камни переулка и заметно обеспокоенное лицо Джейка.
Я хватала ртом воздух, вдыхая затхлый аромат Фортуны.
– Джуд, – задыхаясь, произнесла я, встретив недоуменный взгляд Джейка. – Я видела его.
– О чем ты говоришь? – прохрипел он, помогая мне подняться. Друг взволнованно провел рукой по волосам, его заметно потряхивало. – Что только что произошло? В один момент ты была в порядке, а потом впала в жуткое бессознательное состояние. Твоя кожа стала практически серой. В какой-то момент, клянусь, ты будто полностью исчезла, и я подумал…
Я заметила его мокрые щеки и покрасневшие глаза.
– Я в порядке, – заверила я Джейка, хотя это была ложь. От остаточного эффекта у меня кружилась голова, но я подавила панику, чтобы обнять друга. Я обхватила его за талию и прижалась лбом к его быстро вздымающейся и опускающейся груди. – Со мной все в порядке, Джейк. Я здесь.
Он думал, что потерял меня. Как потерял Ника.
Джейк прижал меня к себе так крепко, что я не могла сделать вдох, но я не возражала. Так мы напомнили друг другу, что мы все еще здесь, все еще боремся и все еще вместе.
Я отстранилась, чтобы заглянуть ему в глаза. Еще одна слеза скатилась по его щеке к щетине. Поймав ее, я вытерла остатки влаги, выводя большим пальцем успокаивающие круги на его коже.
– Я все объясню, – сорвалось с губ обещание. – Но теперь у нас есть реальная зацепка, Джейк. – Еще одно коварное семя надежды уже было посеяно.
Нам оставалось только пройти по следу из подсказок Джуда, прежде чем Сириан его убьет.
Если мы уже не опоздали.
Бояться темноты – значит бояться собственного разума.
От моей камеры несло разложением и плесенью, и каждый вдох требовал усилий.
Мои ребра наверняка были сломаны или, по крайней мере, крепко ушиблены. Резкая боль пронзала спину, и всякий раз, когда я сдвигался хоть на дюйм, тонкая кожа на спине лопалась. Кровь согревала, сочась из рваных ран.
И все же, даже согнувшись пополам, с болью в глазах, я сосредоточил внимание не на спине, а на
