Сокрушенная империя полностью

– Ты позвонила моему отцу. – Его взгляд перемещается на Дилан. – И Дилан.

Я не обращаю внимания на его недовольство, поскольку знаю, что поступила правильно.

– Да. – Я сажусь рядом с ним. – Ведь мы все тобой дорожим и проведем с тобой столько времени, сколько нужно.

Дилан садится с другой стороны от него.

– А это значит, – она сжимает его плечо, – ты от меня просто так не избавишься, засранец. Я как геморрой, который просто так никуда не денется.

Оукли усмехается, услышав такое живописное описание. Мистер Зэленка стелет на полу плед, чтобы положить туда спящую Кей-Джей, но, как только он это делает, она просыпается. Ее сонные глазки исследуют комнату и останавливаются на старшем брате.

– Оу-ху.

Оукли тепло улыбается ей и мгновение спустя берет девочку на руки.

– Привет, крошка. Почему ты так поздно не спишь?

Она хихикает. Но на лице отца Оукли нет и капли веселья.

– Я бросил все и сразу поехал сюда.

Челюсть Оукли напрягается.

– Не стоило.

Отец смотрит ему прямо в глаза.

– Стоило.

К счастью, Кей-Джей разбавляет напряженную обстановку, схватив Оукли за щеки.

– Люблю, Оу-ху.

Да.

Мы все любим.

* * *

Часы показывают почти два часа ночи, когда Дилан и мистер Зэленка уходят. Подавив зевок, я выливаю бутылку спиртного в раковину. Оукли приходит ко мне на кухню.

– Знаешь, что странно?

Я выкидываю пустую тару в мусорку.

– Что?

– Я не знаю, что это такое – насладиться одним стаканом алкоголя. Я часто слышу, как люди говорят об этом как о какой-то норме. – Он опирается на шкафчик. – Но мне всегда нужно выпить все. – Оукли тяжело вздыхает. – И один стакан в конечном итоге приводит к десяти, а они приводят к паре дорожек кокса, а потом еще и к нескольким таблеткам. Но я не думал, что зависим, как моя мама… я думал, у меня все под контролем. – Он смотрит мне в глаза. – Но я ошибался, ведь это дерьмо контролировало меня. Все еще контролирует.

– Потому что ты болен, – замечаю я.

– Я бы хотел быть здоровым.

Я говорю ему горькую правду.

– Может, лекарства и нет, но ты можешь с этим справиться. Просто нужно достаточно захотеть. Нужно бороться за свою трезвость и сделать ее своей главной задачей. А еще окружить себя людьми, которые тебя любят и поддерживают.

– Людьми, которых я постоянно разочаровываю, потому что не могу перестать ошибаться?

– Никто не был разочарован сегодня.

Мы все испытали облегчение, ведь старый Оукли, скорее всего, сдался бы. И несмотря на то, что соблазн был прямо перед ним, призывая покатиться по наклонной, и он мог бы послушаться его… Оукли этого не сделал. Он впустил меня внутрь вместо того, чтобы пуститься во все тяжкие.

Так же, как когда-то поступила я.

Однажды я построила стены, чтобы оградиться от людей, однако теперь понимаю, что эти же стены не давали мне быть счастливой. Не позволяли мне доверять людям и любить. Включая мою собственную семью.

Я всегда буду любить маму и мечтать о том, чтобы она была здесь… но я устала хранить ее секреты.

Я хочу быть свободной.

Глава сорок седьмая

Бьянка

– Я буду снаружи, если понадобится поддержка, – говорит Оукли, останавливаясь у моего дома.

– Знаю. – Касаясь щекой его лопатки, я сжимаю вокруг него руки, словно губка впитывая его силу. – Спасибо.

Все внутри переворачивается от нервов, когда я вижу папину машину и голубой лексус Джейса на подъездной дорожке.

Они все ждут меня. И даже не догадываются, какую бомбу я собираюсь на них сбросить.

Ноги дрожат, пока я слезаю с мотоцикла, и на секунду я задумываюсь о том, чтобы попросить Оукли отвезти меня обратно в общежитие.

Но нет.

Я недовольно ворчу, когда мой телефон начинает звонить. Стоун названивает мне все утро, несмотря на мои слова о том, что я буду занята подготовкой к тесту. Наверное, я могла бы рассказать ему о том, что делаю на самом деле, но тогда у него возникла бы куча вопросов. Лучше я сначала сообщу своей семье.

Собираюсь сбросить звонок, но понимаю, что это не Стоун. Номер незнакомый, но я все равно отвечаю.

– Да?

– Я могу поговорить с Бьянкой Ковингтон? – спрашивает низкий голос в трубке.

– Слушаю.

– Здравствуйте. Это детектив Поллард. Я звоню сообщить о продвижении вашего дела.

Сказать, что я удивлена, значит ничего не сказать, ведь мне говорили, что поиск доказательств займет какое-то время.

– Оу. Я не думала, что это произойдет так скоро.

Детектив прочищает горло.

– Да, что ж, к сожалению, дело закрыто.

Злость начинает струиться по моему телу.

– В смысле закрыто…

– Доктор Янг был убит прошлой ночью.

Голова начинает кружиться, и я пораженно вздыхаю.

– Подождите, что? Убит? Кем?

Я вижу, как Оукли напрягается.

– Кто был убит?

Я быстро вскидываю руку, заставляя его замолчать, поскольку мне нужно узнать, что случилось, прежде чем я смогу рассказать это ему. Слышу, как детектив тяжело вздыхает, а после заговаривает:

– Я не могу разглашать детали, но мы начали расследование, связанное с другой жертвой. Ее отец решил взять правосудие в свои руки.

Твою. Мать.

Я буквально теряю дар речи.

– Я… ого.