— Что насчет тебя? — мне бы хотелось доставить ему удовольствие, заставить его стонать.
Когда он заговорил, его тело напряглось.
— У меня есть ты. Это все, что мне нужно, детка.
— Но мне бы хотелось.
— Нет.
Тон был резким, и я поняла, что он не позволит сделать это, и это беспокоило меня… сильно. Потому что Рем окружал меня. Он был частью меня, и, если я когда-нибудь снова уйду, я пропаду и никогда не смогу найти свой путь назад.
Я проснулась от звука звонящего телефона, не моего. Потому что я так и не видела свой с тех пор, как мы прибыли сюда. Я начала задумываться, а не утопил ли он его в озере.
Я была в постели, уютно устроившись у его бока, моя рука лежала на его талии, а голова расположилась на его груди. Его одна рука была позади меня, прижимая меня к нему, в то время как его голова располагалась поверх моей, наши пальцы переплелись.
Я не знаю почему, но было что-то в том, чтобы переплетать пальцы, невероятно интимное. Это словно звенья цепи, соединенные вместе, которые невозможно ничем разделить. Вот как это ощущалось — соединенные вместе.
Телефон Рема продолжал звонить, и я услышала, как он застонал. Его рука покинула мою, и я подумала, что он собирается ответить, но вместо этого он обхватил мой подбородок, прислонился ближе и поцеловал меня. Это был нежный, ленивый поцелуй, который заставил меня хотеть большего. Но я не получила большего, поскольку он потянулся к тумбочке за телефоном.
Он ответил, даже не посмотрев, кто звонит:
— Лучше бы это было что-нибудь хорошее, черт побери.
Он слушал около минуты, напрягся, затем свесил ноги с края кровати.
— Ты, бл*дь, серьезно? Нет, тебе не нужно этого знать, — прокричал он. Он остановился на мгновение, и его хватка на телефоне усилилась. — Я никогда ей не изменял. Кто, черт…
Он резко остановился, затем бросил телефон через комнату, и он разбился о стену.
Я подползла к нему сзади, разместив руки вокруг его талии, затем опустила голову и поцеловала сбоку его шею, там, где татуировка. Я продолжила, когда он не остановил меня, как он обычно делал. Я целовала еще ниже, с удовольствием ощущая его соленую кожу на кончике своего языка. Я прошлась по чернилам на его плечах, затем пробежалась руками по его предплечьям, пока прижималась к нему своей грудью.
Напряжение медленно покидало его мышцы, пока я исследовала его тело сзади, неспеша. Это было впервые, когда он позволил мне сделать это и мне хотелось позаботиться о нем так же, как он делал со мной. Эти пара ночей, они были чем-то большим, чем просто возвращение меня Рему. В этом была так же я, нашедшая свою потерянную часть. Он видел это. Он узнал, что я прятала от себя так же много, как и от него, и от всех остальных. Я всегда думала, что буду сильнее, если столкнусь лицом с диагнозом без чьего-либо знания. Но я стала сильнее с Ремом. Я все еще буду сильной, когда расскажу Эмили. Сила приходит из веры в себя, а не прячась от себя.
Рем обхватил меня за шею и потянул к себе на колени, где продолжил целовать меня. Это был вид поцелуя, от которого я загордилась, что принадлежу ему, от которого хочется, чтобы он позаботился обо мне. Не потому, что я была слабой или не могла этого сделать самостоятельно, а потому, что он волнуется обо мне.
— Ты не собираешься меня спрашивать?
Да, мне хотелось знать, кто был на другом конце телефона. Мне пришлось прикусить язык, чтобы остановить себя от вопроса, но я доверилась ему. Ему нужно это от меня.
— Нет.
Он кивнул и продолжил молчать, пока я сидела с ногами по обе стороны от него, его рука продолжала перебирать пряди моих волос. Это было успокаивающе и мило, и даже учитывая, что между нами была такая напряженность, этот момент был просто противоположным, и я упивалась возможностью разделить его с ним.
— Когда я с тобой, это ощущается будто мне дали второй шанс в жизни. Никогда не думал, что получу его, — он опустил голову на долю секунды, его пальцы широко раскинулись на моей спине, поглаживая легчайшими касаниями. — С тобой я могу легко дышать. Когда мы врозь… — его пальцы скользнули по моей нижней губе туда-сюда. — Ты когда-нибудь чувствовала, что твое тело безмолвно кричит? Словно ты постоянно теряешь что-то, но ты не можешь выяснить что? — да, постоянно, но я никогда не признаюсь в этом никому. — Я ощущал себя так почти три гребаных года. Я не знал этого поначалу, но затем, когда разобрался, что это тебя мне не хватает все это время, Боже, эти крики, они прекратились, Кэт. И все стало мирным и прекрасным. Думаешь, я привез тебя сюда ради тебя? Я не такой уж милый парень, Кэт. Я привез тебя сюда ради себя. Чтобы я смог приклеить тебя обратно к себе, — он наклонился вперед и поцеловал меня, затем прошептал у моих губ. — Навсегда, детка.
Святое дерьмо. Я не знала, что сказать. Мое сердце стучало так быстро, губы приоткрылись, дыхание сбившееся и неконтролируемое.
