– Я сказала, что никогда туда не вернусь.
Он сжал мою руку.
– А сейчас ты должна вернуться.
Мы шли медленно. Было очень темно. Без фонаря приходилось ступать осторожно, к тому же я теперь шла босиком. Но я все равно постоянно спотыкалась и, если бы не Тэйн, упала бы, и не раз. До Нью-Бишопа путь предстоял неблизкий, и я понимала, что до рассвета мы не доберемся. Вернуться незамеченной в дом матери теперь не получится, она узнает о побеге. Но это меня не волновало. Если я никогда не смогу стать ведьмой, изменить свою судьбу, то меня вообще не заботит, что со мной случится дальше. В конце концов, она получит то, чего так желала: наша династия пресечется. Больше никаких ведьм Роу не будет. А что еще, кроме этого, она могла у меня забрать? О чем еще мне стоило беспокоиться?
Хотя нет, кое-что было. Вернее, кое-кто. Тот, кто сейчас держал меня за руку. Я взглянула на него и даже в темноте различила решительное выражение его лица.
– Ты не сможешь предотвратить мое убийство, – произнесла я с печалью. – Ты же слышал, что бабушка сказала.
– Я слышал все, что она говорила, – тихо и почти угрожающе сказал он. – Но это не значит, что я в это верю.
– Ты не сможешь изменить мое будущее.
– Мой народ знал заклинания и от убийства. Я сделаю тебе еще одну татуировку.
Я резко остановилась. Наши руки расцепились. Тэйн круто развернулся ко мне.
– Это не поможет.
Он вздернул подбородок, блики лунного света заиграли на высоких скулах. Бледный свет озарил его лицо.
– Ты не можешь знать наверняка, пока не попробуешь.
– Я уже попробовала, – воскликнула я. Меня вдруг бросило в жар. – Почему, как ты думаешь, я так рвалась к ней?
– И она ничего не сделала. Позволь мне помочь тебе. Позволь хотя бы…
– Нет! – мой голос эхом пронесся над скалами, как будто внутри меня рокотал океан. – Как ты не можешь понять? Как не понимаешь, что сделать ничего нельзя? С чего ты вообще так стремишься мне помочь?!
Сжав кулаки, я шагнула вперед, но он не двинулся с места. Я хотела уйти сама или разозлить Тэйна так, чтоб ушел он. Моя жизнь теперь была пороховой бочкой, в любую минуту готовой взорваться, поэтому мне больше не хотелось, чтобы он был рядом.
– Из-за чего? Что во мне такого, почему ты так жаждешь меня спасти? – кричала я. – Думаешь, тебе от этого станет легче? Думаешь, это искупит то, что ты оставил свой народ на погибель?
Я потрясла головой. Меня бросило в жар.
– Ты думаешь, если выручишь меня, это облегчит твою вину, да? Нет! Шансов спасти меня не больше, чем поднять со дна океана тела своих сестер!
Я бездумно выкрикивала злые и обидные слова, казалось, они вылетали сами собой. От ярости меня штормило, я явно зашла слишком далеко, но Тэйн стоял подобно скалам – молчаливо, неподвижно, спокойно.
– Скажи что-нибудь! – закричала я. Но он не шелохнулся, не вымолвил ни слова. Тогда я подбежала к нему и принялась колотить кулаками по груди. Я хотела заставить Тэйна вопить в ответ, сделать ему больно, прогнать, чтоб он больше не возвращался. Может, и бывают такие сильные волны, что способны обрушить скалу, то я таких никогда не видела. Вот и мой поток ярости внезапно иссяк. Я отвернулась от Тэйна, опустив плечи и низко склонив голову.
– Уходи, – прошептала я. – Пожалуйста, уходи.
Трясясь от холода во влажном, задубевшем от соли платье, я не слышала за спиной ни шагов Тэйна, ни его дыхания. Зато почувствовала легкое бережное касание пальцев, теплой ладони. Его руки обвили меня, прижали к груди, и Тэйн крепко обнял меня, согревая всем телом – словно укрывая от ветра теплым, мягким плащом.
– Я не уйду от тебя, – прошептал он.
Я покачала головой, но оттолкнуть его была не в силах.
– Ты не сможешь меня спасти.
Он коротко выдохнул.
– Может, и так. Но проститься с тобой я не готов.
Дальше мы шли в полном молчании, и Тэйн держал меня за руку. Наступил рассвет, но мы так и не произнесли больше ни слова. На горизонте уже виднелись очертания Нью-Бишопа. О стольких вещах надо было подумать, а я не могла сосредоточиться ни на чем, кроме мягкого песка под ногами и жесткой ладони, сжимавшей мои пальцы.
Когда мы добрались до города, Тэйн сказал, что ему придется меня оставить, так как вместе мы будем привлекать слишком много внимания, но вскоре он вернется и придумает, как меня уберечь.
– Я сделаю так, чтобы ты была в безопасности, – выдохнул он. Мне очень хотелось ему поверить, и я кивнула.
– Ты хотела знать, почему я забочусь о тебе? – добавил он, держа мое лицо в своих ладонях. – Потому что ты – сильная. Сильнее, чем кто-либо из людей, что мне встречались. Оставайся такой и дальше.
И он стал целовать меня так нежно, что по всему телу разлилось тепло, хотя к концу нашего долгого пути я уже изрядно продрогла. Закрыв глаза, я отвечала на его поцелуи, чувствуя вкус его губ – и никак не могла им насладиться. Мои пальцы пробегали по его шее, его руки все крепче прижимали меня к себе, и так хотелось, чтобы эти минуты текли вечно, чтобы невидимая дверь надежно оградила нас от всего мира.
