Лидия пошатнулась и снова села. На лице у нее отразилась боль, она приоткрыла рот, явно собираясь возразить, но так ничего и не сказала. Я позвала Фину и попросила приготовить Лидии комнату, а заодно и присмотреть за ней. Пожилая полька понимающе кивнула.
Мы с Эмуном взяли машину из гаража и направились на аэродром, где арендовала взлетную полосу компания Новаков, – не тот, с которого похитили Антони.
– Я что-то плохо соображаю, – сказала я Эмуну, пока мы мчались сквозь темный влажный вечер, а за окном мелькали размытые огни города. – Что мы будем делать?
– Если они приземлятся раньше нас, мы его потеряем. Наш единственный шанс – оказаться на месте до них.
– Но они ведь уже в воздухе. Обходят нас как минимум на пару часов.
– Я знаю, но погоди и послушай. Я в прошлой жизни был пилотом.
– Ну разумеется.
– До Понта-Делгада от нас чуть меньше двух с половиной тысяч морских миль. Судя по описанию Лидии, у них самолет с турбовинтовым двигателем. На одном баке горючего он пролетит не больше тысячи миль, а то и меньше.
– Им придется где-то остановиться и дозаправиться. Может, даже не один раз, – сделала я вывод. В груди затрепетала надежда. – А нам нет.
– Верно, но они могут сменить самолет в Нанте или в Порту. На их месте я бы так и сделал, потому что от Порту до Азорских островов чуть меньше тысячи морских миль. Глупо лететь туда на турбовинтовом, даже если ветер удачный.
Я въехала на парковку у аэродрома, и мы вышли. На взлетной полосе нас встретил Иван. Мы устроились в креслах, а Иван вступил в диалог с авиадиспетчером. «Гольфстрим» начал выруливать на взлет.
– Надеюсь, вы захватили еду, – сказал Иван по внутренней системе связи. – Экипаж собирать было некогда, тут только мы с вами.
– Молодец, – сказал Эмун, сидевший по ту сторону от прохода. – Бодро звучит для человека, который час назад собирался лечь спать.
Я хоть и кивнула, но уже его не слушала.
– С тобой все в порядке? – спросил Эмун.
– Не люблю летать.
– А-а. – Эмун откинулся на спинку кресла и явно устроился насколько возможно удобно.
– Погодите, вы были летчиком? – До меня наконец дошло то, что он сказал раньше. – Вам что, по вкусу перегрузки? Вас разве не тошнит от полетов?
Самолет взлетел, и нас вдавило в сиденья.
– Тошнит? Нет, мне нравится свобода полета, нравится видеть мир сверху.
Кости мои будто налились свинцом, голос Эмуна стал казаться гулом. У меня опустились веки, голова потяжелела. Я отчаянно старалась не упасть вперед. С трудом откинувшись на спинку кресла, я посмотрела на Эмуна из-под полуприкрытых век.
– Тарга? – Я плохо различала его черты, но чувствовала, что он встревожен.
– Не могу это побороть… – пробормотала я полушепотом и позволила себе опустить веки, погрузившись в тягучую тьму.
Я пришла в себя от того, что кто-то тряс меня за плечо. Открыв глаза, я увидела, что надо мной склонился Эмун, и его голубые глаза потемнели от тревоги.
– Тарга?
Я попыталась сказать ему, что со мной все в порядке, но получилось что-то нечленораздельное.
– Ты все время полета проспала. Ты себя плохо чувствуешь? – Эмун опустился на колени в проходе рядом со мной. – Иван сказал, что ты всегда засыпаешь в полете, но я никогда еще не видел, чтобы кого-то вырубало полностью и настолько быстро. Пугающее зрелище. – Он протянул мне открытую бутылку воды.
Я взяла ее и медленно отпила. Туман у меня в голове начал проясняться.
– Понта-Делгада? Мы прилетели?
Эмун кивнул.
– Который час?
– Раннее утро, солнце еще не взошло. – Он говорил очень тихо, чтобы Иван не услышал. – Слушай, непонятно, сколько у нас времени. Нам надо попасть в диспетчерскую башню. Ты сможешь русалочьим голосом этого добиться?
Я кивнула и медленно поднялась на ноги. Голова у меня кружилась. Эмун взял меня под локоть, чтобы легче было держаться прямо.
Мы вышли из самолета; Иван уже ждал нас внизу.
– Эмун рассказал мне, что случилось, – сказал Иван, встревоженно хмурясь. – И что вы предупредили власти.
Я изумленно глянула на Эмуна, и меня охватила внезапная тревога. Что еще он наговорил Ивану, пока я спала?
– Полиция ждет нас внутри, – сказал Эмун Ивану тем же успокаивающим голосом, который использовал, когда беседовал с Лидией. – Лучше их не задерживать.
– Вы знаете, как со мной связаться. Я отвезу вас домой, когда вы закончите дела. Просто постарайтесь предупредить меня как можно раньше. Храни вас Бог.
– Спасибо, Иван. – Эмун взял меня под локоть; мы оставили Ивана заниматься самолетом и направились к диспетчерской башне аэропорта.
– Что вы ему сказали? – прошептала я, когда мы подошли к одной из ее дверей.
– Одну из версий правды, – ответил Эмун, а потом поднес палец к губам и кивнул на двух охранников аэропорта, которые прошли мимо нас.
– Вы не туда идете, – донесся до нас дружелюбный голос. Мы обернулись и увидели, что один из охранников остановился и показал нам на здание аэровокзала. – Зона прибытия вон там, – сказал он, – а это диспетчерская башня.
Мой выход.
Мой русалочий голос заполнил воздух звуками струнного оркестра.
