Как древние гладиаторы, мы остановились напротив своих набычившихся противников, на мгновение замерли в ожидании сигнала и, по резкому окрику с вражеской стороны, бросились вперед. Крепыш, который достался мне, расставил перед собой руки и попытался ухватить меня за одежду. Стойка у него борцовская, такой боец если ухватит за шею, то запросто мне ее сломает. За последние месяцы, кое в чем я поднаторел и всю нехитрую тактику "беспредела" понимал. Уклонившись от его броска, ничего нового придумывать не стал, а резким ударом с правой, пробил ему в висок. От такого удара, бывало, что быки двухлетки в себя не сразу приходили, а для человека, если дикаря можно так назвать, он оказался смертельным.
Противник рухнул в траву, а я бросился на помощь к Филину, которого сразу двое крутили, причем на показ и видимо, красуясь перед своим вождем. Дикари прижали сержанта к земле, и неспешно давили на него сверху, думается, хотели ему хребет переломить. В полуметре от увлекшихся развлечением своего вождя "беспределов", подпрыгнув вверх, с ноги врезал одному в грудь. Тот, которого я свалил, слетел с тела Филина, а я тоже не удержал равновесия и рухнул на него сверху. Раздумывать было некогда, навалился на дикаря сверху и начал молотить его кулаками по лицу. Удар. Удар, Удар. Лицо противника превратилось в кровавую кашу, и сколько я его бил, не помню, какое-то исступление накрыло. Пришел в себя, только оттого, что меня ударили в бок. Перекатился через себя, вскочил и был готов продолжить бой. Однако дело было сделано. На поляне остались только я и Еременко-четвертый, ногами добивающий того дикаря, который меня в бочину с ноги пнул. Кроме нас, еще был Филин, но он еле дышал.
Подхватив сержанта под руки, потянул к своим, передал его на попечение санинструктора и рухнул под дерево. Следом за мной подошел обессиленный капитан Еременко, упавший рядом.
- Молодца, Мечник, - он хлопнул меня по плечу и, посмотрев на полянку, где выходили на бой новые пятерки, добавил: - Гады, борцы фиговы, сразу же моих парней заломали, и на Филина набросились. Если бы не ты, то победа за ними осталась.
Сил разговаривать не было, перенервничал, и только сейчас меня стало потряхивать. Однако я все же ответил капитану:
- Нормально, товарищ капитан, и если бы не вы, то и я бы не уцелел, так что мы с вами в расчете.
Тем временем бои без правил продолжались, вторую схватку наши бойцы тоже выиграли, и очень, как мне показалось, легко, потеряв только одного своего. Третья, наоборот, никак не в нашу пользу, хоть и уцелел только один из дикарей, все же, победа осталась за ними. Четвертый бой, снова за нами, и трое бойцов вернулись к нам. После этого вышла небольшая, минут на десять заминка, во время которой, меня подозвал майор. Рядом с ним сидели его брат, Черепанов, Исмаил-ага и еще один из сержантов, Старый, который во второй схватке отличился и сразу двоих вражеских борцов уделал.
- В общем, так, братва, - начал командир роты. - Я вышел на связь с бригадой и они могут нам помочь вырваться, но надо еще один бой вытянуть. Если вы чувствует, что сможете "беспределов" забить, соглашайтесь, если нет, я вновь добровольцев выкликну.
- Как нам бригада поможет, командир? - свой вопрос задал Старый.
- На всех штабных картах этот сад есть, координаты более-менее точные имеются, а САУ "Мста-С", через пятнадцать минут вокруг нашей позиции молотить начнут. Дело к вечеру уже, так что оторвемся, воины. Устройте показательный и красивый бой, чтоб все эти уродцы засмотрелись, а я в это время всех сюда стягивать буду. Вы валите вражеских бойцов, артиллерия накрывает их позиции, и мы идем напролом.
- Согласен, - раздался голос капитана Еременко.
- Пойду, - согласился Черепанов.
- Да, - кивнул Исмаил.
- Сделаем все красиво, - кивнул Старый.
Мне оставалось только поддержать своих боевых товарищей:
- Готов.
Снова, как и до этого, первыми на поляну вышли "беспределы", в этот раз все разные и не похожие один на другого. Перед этой схваткой снова появился полковник Юсупов и выкрикнул:
- Это последний бой. Сильномогучий Гуум пресытился схваткой.
Отвечать ему никто не стал, а вместо этого, вышла наша пятерка. Против меня стоял высокий, около двух метров, худой парень с грязными длинными патлами, накрывающими его узкое продолговатое лицо. Одет мой противник был, как и большинство кочевников, в толстую воловью шкуру с прорезями для рук и ног. Снова из зарослей окрик дикарского вождя, но в этот раз никто не торопится и сближаемся мы осторожно.
Длинный дикарь идет ровно, руки не выставляет, и чего от него ожидать, непонятно. До него остается метр, я уже чую его вонь, запах немытого тела и застаревшей крови. Он остановился, и я стою, проходит секунда за секундой, вокруг нас уже кипит схватка, а мы все стоим. Неожиданно, каким-то плавным, оточенным движением, "беспредел" делает шаг вперед, оказывается рядом со мной, и бьет головой целясь в мою переносицу. Уклониться успел чисто интуитивно, но удар противника своей цели достиг, и в голове зашумело. Сознание помутилось, и я поплыл.
