– Да. Ваше ранение, – девушка указала взглядом на область моей груди, – магическое. Мы залечили, но шрам останется навсегда. Рана может беспокоить вас еще долго.
Я приподнял одеяло. Увидел на груди, под ребрами мерзкого вида рубец.
– Ну-у-у-у, – протянул я, – моделью мужского белья мне теперь не стать.
– Ну что вы, – девушка зашлась румянцем, – возможно у вас есть еще шансы.
– А как быть с увечьем отца? – посерьезнел я.
– Магическое, – она покачала головой, – К сожалению, можно только залечить. Восстановить конечность не получится.
Это печальная новость. По всей видимости, карьера Василия Малинина в ордене закончена. Блядь… Вот на кой хер он поперся туда со мной? Хотя неизвестно, чтобы было, будь я один, или и того хуже, со Светой…
Внезапно, весь этот сумбур в моей голове разогнала одна-единственная мысль. Мысль, о погибшей Вале. Я почувствовал, как начинаю нервничать.
– Скажите, – холодно начал я, – не поступало ли вместе с нами тело девушки.
– Какой? – рыженькая биоманточка подняла светлые бровки, – простолюдинки, из касты подчиняющихся?
– Да, – мрачно проговорил я и посмотрел на биомантку так, что она испуганно опустила взгляд и отстранилась.
– П-поступало, – заикнулась она.
– Где оно?
– Где обычно, – девушка неуверенно пожала плечами. – В утилизационном блоке. Его готовят к утилизации
– К чему блядь готовят?! – я встал с подушки, спустил ноги.
– Прошу вас, – девушка подскочила со стульчика, – не двигайтесь, вам еще рано…
– Где блок?
– Пожалуйста, вернитесь в кровать.
– Где блок?!
Биомантка опустила плечи, потом глаза, наконец немного подбородок.
– Первый этаж, правое крыло, – тихо проговорила она.
– Где моя одежда?
– Она была испорчена. Мы утилизировали.
– Блядь! – я схватился за голову, нервно отвернулся, – человека, как шмотки, все, на хуй в одну топку?! Где здесь хоть какая-то одежда?
Получив какие-то серую кофту, тапки и треники, я быстро вышел из палаты. Биомантка бежала следом, пыталась уговорить вернуться. Я не обращал на девушку внимания.
Вышел в длинный белый коридор. От волнения, и злости, подкатившей из-за произошедшего, сильно разболелась рана. Рука ныла тупой болью.
Быстрым шагом, я преодолел коридор. Увидел и успел забежать в лифт. Там уже ехал какой-то биомант. Высокий мужчина с черными волосами, уложенными в аккуратную прическу, его мощный, раздвоенный подбородок, придавал биоманту весьма мужественный вид.
– Эй! – сердито сказал он, когда я нажал кнопку первого этажа, – ты что себе позволяешь, малец?
– Я тебе не малец, – я зло взглянул на него, – я Стас Малинин, из ордена ксифомантов. Мою умершую сестру сейчас сожгут, в утилизационном корпусе.
– Как в утилизационном? – удивился биомант, – почему?
– Потому что вот в таком дерме вы живете. Людей за людей не считаете!
– Не ори, мальчишка, – как-то неуверенно проговорил он.
– У меня, бля, сестра погибла! – взглянул на него исподлобья, – как бы ты вел себя на моем месте?
Биомант помолчал пару мгновений, серьезно посмотрел на меня, потом сказал:
– Вероятно, так же как, Стас Малинин. А потом еще отомстил бы.
– Это уже сделано, – устало проговорил я и прислонился к стенке лифта.
Биомант понимающе посмотрел на меня.
Я шел быстро. Мрачные серые стены и узкие коридоры корпуса утилизации, были совсем непохожи на светлые белые помещения магистрата.
Всюду сновали работники из касты служащих. Их синие комбезы с желтыми значками ярко выделяли их среди редких биомантов в белом, попадающихся здесь.
– Где тут сжигают тела? – я спросил у одного из биомантов, молодого и худощавого парня, с редкой бородкой.
– Эм, – замялся он, – мы тут не сжигаем тела. Только мусор, отбросы. Отнятые конечности, органы.
– Блядь, – выпалил я и пошел дальше. В моменте, мне показалось, что согласиться на предложение одержимой, было не такой уж и плохой идеей.
– Мой господин, – робкий голос.
Я замер, обернулся. Это был парнишка лет семнадцати, в черном, грязном комбинезоне и синим значком подчиняющегося на груди. Работает в Верхнем городе. Престижно. Вероятно, получает достаточно, чтобы содержать семью в одиночку. Правда, смотрят тут на него, как на говно.
– Прошу вас, простите меня, – он забито опустил глаза.
– Бля, – не выдержал я, – парень, прошу, говори нормально.
– Я случайно подслушал ваш разговор, с господином Ермоловым. Я видел мертвую девушку. Еще очень удивился, откуда она тут взялась.
– Где она? – спокойно сказал я.
– В третьем зале. Где утилизируют лишний биоматериал. Идите прямо, потом, на развилке, влево. Мимо не пройдете.
– Спасибо тебе, – я тронул парня за плечо, – береги себя.
Энергично зашагал по коридору. Краем глаза видел, как парень удивленно провожает меня взглядом. Готов поспорить, такого отношения от правящего он еще не видел.
Третий зал представлял из себя широкое помещение с очень высокими потолками. Серо-металлическая гамма этого места угнетала.
У стен стояли большие железные контейнеры с биоматериалом, напоминающие мусорные баки, запечатанные бочки с неизвестным содержимым. Кое-где, конечности и части тел лежали прямо так, в открытых металлических ящиках. На железных каталках лежали несколько тел.
