«Требую разгромить юхновскую группировку противника. Не топчитесь на одном месте!»
На следующий день подписывает приказ командующему 10-й армией, введенной из резерва:
«Тактика, применяемая в Сухиничах по уничтожению противника, неверная, она стоит много крови нашим войскам. Им приходится вести бои с укрепившимся в городе противником. Целесообразнее уничтожить противника в чистом поле. Предложите немцам сдаться под гарантию, не сдадутся, всех уничтожим. Выпустить из города в поле и в чистом поле уничтожить, для чего заранее подготовить части и огневые средства».
5 января Жукова вызвали в Москву.
В Ставке Верховного Главнокомандования состоялось совещание. Сначала начальник Генерального штаба доложил о положении на фронтах, отмечая успехи, потом кратко обрисовал план общего наступления на всех фронтах.
Жуков был иного мнения: развивать наступление пока нужно там, где обозначился успех. На других фронтах у противника оборона прочная, а наши войска еще недостаточно сильны для перехода в наступление повсеместно.
В штабе фронта ждали командующего до поздней ночи. Начальник штаба Соколовский предполагал, что Георгий Константинович по возвращении из Кремля захочет провести совещание, но Жуков, пригласив к себе лишь одного его, передал портфель с картами и планами и сказал:
— Будем продолжать контрнаступление в прежней группировке. Готовьте план. Директиву получим на этих днях.
10 января 1942 года войска Западного фронта после полуторачасовой артиллерийской подготовки начали новое наступление. И хотя ресурсы фронта были крайне ограничены, а противник, опомнившись после первых ударов, перегруппировал силы и оказывал ожесточенное сопротивление, войска Западного фронта имели успехи.
В тыл врага углубилась конно-механизированная группа генерала Белова. Боеприпасы и продовольствие подавали ей самолетами. 10 января Жуков обратился к Верховному Главнокомандующему с просьбой дать ему 12 самолетов «дуглас» для снабжения этой группы. Войска прорвали оборону на реке Лама; Жуков ввел для развития успеха 2-й гвардейский кавалерийский корпус генерала Плиева.
А еще через день перешла в наступление 16-я армия, 20 января 5-я армия освободила Можайск.
Противник, отводя свои войска на запасные рубежи, оказывал упорное сопротивление. К концу января наши войска отбросили гитлеровцев от Москвы.
О Московском сражении заговорил весь мир. Под Москвой было нанесено серьезное поражение крупнейшей группировке немецко-фашистских войск — группе армий «Центр». Гитлеровские генералы впоследствии были вынуждены признать, что немецкая армия, ранее считавшаяся непобедимой, оказалась на грани уничтожения.
Защита Москвы, а затем очень трудное, но успешное для Западного фронта контрнаступление оставили самый глубокий след и в сердце полководца Жукова.
В своих воспоминаниях он писал:
«Когда меня спрашивают, что больше всего запомнилось из минувшей войны, я всегда отвечаю: битва за Москву».
К приезду начальства из штаба фронта в госпитале готовились как к большому празднику. В коридорах раскатали дорожки, повесили портреты, в каждой палате на тумбочках стояли в горшочках цветы. Правда, никто не знал, кто приедет. Известно было одно: раненым воинам, награжденным правительственными наградами, будут вручать ордена и медали.
Петру Клокову, лечение которого завершалось, заменили одеяло и халат. Возле койки поставили тумбочку, на тумбочке комнатные цветы. Петр уже выздоравливал, и ему по случаю вручения ордена Ленина принесли новенькое обмундирование, а халат велели повесить на спинку стула.
Жуков не разрешал предупреждать командиров и начальников, когда он выезжал в войска. Не брал, как правило, с собой офицеров и генералов штаба. С ним следовала лишь небольшая личная охрана, вооруженная автоматами. У командующего было несколько шоферов. Работали они посменно. Георгий Константинович больше доверял молодому водителю Александру Бучину. Он заслужил доверие высоким мастерством вождения и умением выжать из машины, если торопился командующий, предельную скорость.
Госпитальное начальство ожидало гостей у парадного входа, а Георгий Константинович в сопровождении своего адъютанта подполковника Медведева и офицера из наградного отдела появился со двора.
Начальнику госпиталя пришлось представиться командующему уже в столовой, когда тот беседовал с поварами.
— Прикажете собрать награжденных в клубе? — спросил начальник госпиталя.
