Отдав приказ, Виктор вскочил и побежал в сторону Пряхина. Солдат обернулся на звук и, к большому удовольствию разведчика, не навел на него оружие. Не паникует парень, молодец. Хорошо держится. Подбежав, Буторин схватил Пряхина за рукав и оттащил в сторону под прикрытие ели, потом сел рядом и осмотрелся.
– Ну, как обстановка, что еще видел?
– Еще в трех местах впереди разглядел парашюты под лапником. – Солдат указал рукой вперед. – Совсем не старались прятать. Так, затолкали под деревья и ушли. Кто это, товарищ майор?
– Это, Митя, немецкие десантники, – покачал Буторин головой, посчитав, что скрывать истинное положение дел от членов группы нет необходимости. – И судя по количеству парашютов, которые вы нашли, их тут несколько десятков. А не нашли вы, я думаю, раза в три больше, потому что лес большой. Взвод десантников при трех пулеметах! Слышишь, как полощут?
– А кого они там? Думаете, с партизанами?
– Думаю, что с партизанами, Митя. Я даже думаю, что парашютистов сюда не зря сбросили. Что тут есть важного у югославских повстанцев? А вот и наши бегут!
Увидев, как на опушке показался Шелестов, призывно махнувший рукой, Буторин толкнул Пряхина, и они побежали к лесу. Вся группа собралась возле командира, включая и бывших партизан. Коротко доложив обстановку, Буторин кивнул в сторону, откуда слышалась частая стрельба.
– Судя по звукам, кто-то держит оборону, а кто-то атакует, – сказал Буторин. – Кого-то немецкие парашютисты тут накрыли, наверное, какой-то югославский штаб. Надеюсь, не штаб Тито.
– Ну, в такой местности и без охраны Тито не стал бы держать штаб, – возразил Коган.
– Чужим монастырям наши уставы не писаны.
– Я тоже не думаю, что немцы такими силами легко накрыли Главный штаб национально-освободительной армии, – согласился Сосновский. Тут какая-то тактическая задача. Но думаю, что повторение мать учения. А если нам снова выкинуть тот же фортель, как и с румынами?
– Повторяться в нашем деле опасно, – проворчал Коган. – Как бы шаблон в голове не выработался.
– Шаблон – это плохо, – задумчиво отозвался Шелестов. – Но мы не шаблонами будем мыслить, а действовать в соответствии с создавшейся ситуацией, положением. А оно нам говорит что? Что немцы о нас не знают. Что, ударив опять немцам в спину, мы докажем югославам, что мы свои, и у нас появится шанс попасть в штаб к Тито. А там уже проще будет вести разговор. Да и нашего человека найдем.
– Ладно, спасать, так спасать, – пожал плечами Буторин и пригладил привычным движением свой седой ежик на голове. – Югославам уже туго, судя по звукам.
– А как вы определили? – удивился Пряхин.
– Да просто все, Митя, – вместо Буторина ответил Крылов. – Когда пулеметы садят без передышки – это значит, что пытаются подавить огневые точки и не дать обороне понять голову, значит, дело идет к ближнему бою, к захвату линии окопов. Или, когда ты в обороне, а враг атакует большими силами, тогда тоже патронов не жалеют, чтобы пехоту отсечь от танков или просто остановить. Пулеметы бьют немецкие и бьют короткими очередями. Потом момент, когда длинным. Это значит, немцы собираются, перебежками занимают позиции, и в это время они пытаются заткнуть важные огневые точки в обороне. А потом длинными, это значит, в атаку пошли. У югославов, видать, пулеметов нет.
– Вот все и объяснил нам пехотинец, – рассмеялся Шелестов, доставая из планшета карту. – Слушайте приказ! Разворачиваемся в цепь, интервал десять метров. Двигаемся от опушки в направлении на юго-запад. Тут есть какой-то поселок, деревушка на берегу. Наверное, сплавщики ее строили.
В своих оперативниках Шелестов был уверен. Ребята без приказа стрелять не начнут, что бы ни случилось. А вот бывшие партизаны могут и не выдержать. Но сейчас приходилось рисковать, и без помощи трех опытных солдат не обойтись. Шелестов бежал в середине цепи и внимательно смотрел вперед. Грохот боя заглушал топот ног небольшой группы. Немцы не дураки, тем более в чужом тылу они обязательно выставят боевое охранение. А если не выставят, если у них задача молниеносно уничтожить югославов и раствориться в лесу? Тогда у них каждый человек на счету. Да и разведка наверняка подсказала, что места почти безлюдные.
Неожиданно слева вырвавшийся вперед Буторин поднял руку и пригнулся, присел за деревом, а потом на полусогнутых ногах осторожно двинулся вперед. Другие разведчики уловили его движение, его сигнал и тоже сбавили темп передвижения, двинулись дальше осторожно. Шелестов увидел, как Буторин положил на траву автомат и вытянул из ножен финку. Он увидел жертву. Немецкий солдат в экипировке парашютиста стоял за деревом и, повернув голову, смотрел на развернувшийся неподалеку бой. «Вот и боевое охранение, – понял Шелестов. – Сейчас Виктор его снимет, а дальше будет проще. Главное, подойти на близкое расстояние, тогда от удара нашей группы с тыла у них начнется паника».
