– Забирайся в седло, – приказал он Матильде. – Едем немедленно! – И тотчас обернулся к бойцам. – Мне нужен юнец! Убивайте всех, кто старше сорока, убивайте всех женщин и детей, кто не понравится вам! Мне нужен только он! – Вествольф указал рукой в стальной перчатке в темноту ночных улиц. – Вперед!
Там, впереди, горел ночными огнями порт Юлиана. Сотни кораблей были тут! Одни принадлежали купцам, другие – патрициям, уносившим ноги. Третьи были наняты – и тоже для бегства. Паруса и паруса! Большие и малые! Толпы народу толкались тут – все бредили бегством. А на палубах матросы размахивали факелами, чтобы лучше было видно, где и чье судно.
– На флаге нашего корабля портрет Таис! – сказал Константин Борей. – Смотрите же на море – от этого зависит наше спасение! – Он встретился взглядом с Александром. – Я уверен, они уже ищут нас. Если увидите большой отряд латинян, то знайте – это наши враги, и они пришли за нами!
– Вон же они! – вскинув руку, ткнул пальцем в темноту кипящих улиц Медведь, и наручи его сверкнули золотисто-алым светом.
Отряд всадников выезжал из последних улиц, что уходили вверх от гавани Юлиана. Крестоносцы оружием вырубали себе пространство. Они не жалели никого – секли длинными франкскими мечами, топорами по головам и рукам. Толпа стремительно расступалась – в страхе люди давили друг друга. Латинян точно магнитом тянуло сюда, где восемь человек выглядывали на бескрайнем черном пространстве свой долгожданный корабль.
Александр первым увидел всадника в черном доспехе, с хвостом длинных рыжих волос. А рядом с ним, то и дело проглядывая из-за стены вооруженных всадников, показалась и ведьма – она что-то говорила рыцарю, то и дело тыкая пальцем вперед. Небольшим оказался этот мир, коль так скоро они нашли друг друга!
– Их не менее сотни! – сказал Медведь, уже доставая из складок плаща свои кистени. – Нам не справиться с ними!
Вперед выступил Константин Борей.
– Греки! Греки! – крикнул он что есть силы. – Варварам приказано сжечь наши корабли и забрать имущество! – Он указывал на приближающихся всадников, и многие уже смотрели туда же. – Они перебьют всех, если мы не окажем сопротивления! Беритесь за мечи, греки!
Призыв подействовал – уже половина гавани смотрела на обнаглевших головорезов. Одни греки, телохранители важных господ, по приказу хозяев уже стаскивали с плеч луки, тянули из колчанов стрелы, другие брались за мечи и копья. И когда отряд крестоносцев выехал на открытое пространство, он столкнулся с отрядом, готовым оказать достойное сопротивление. Стрелы греков ударили по нападавшим, и первый ряд латинян оказался выбит из седел.
– Нам нужен только он! – кричал рыжеволосый рыцарь в черном доспехе, яростно указывая пальцем вперед, но его никто не слышал. Гавань ревела тысячью голосов. – Только он!! – но ярость и напор, звериное лицо и вопли на чужом языке лишь усиливали страх и гнев византийцев.
Второй залп из луков положил еще с десяток всадников. Черный Рыцарь поймал одну из стрел левой ладонью – она прошила ее насквозь. Взвыв от боли, он все же удержал меч в другой руке, ткнул им вперед:
– Перебейте их! По золотой драхме за голову! – Забыв о боли, он обломал стрелу, вырвал ее с другой стороны. – Две золотые драхмы за каждого грека!
И лавина всадников, держа ведьму в центре, направила коней в гущу византийцев. Греческие лучники подрезали еще один их ряд, но франки все же успели сделать свое дело – они налетели железной хрипящей стеной и стали теснить греков, что выставили вперед мечи и копья.
– Давите их! – ревел герцог Вествольф, а сам крутил головой, выглядывая долгожданного врага. – Давите!!
Ведьма была уже рядом с ним. Она указала пальцем туда, через стену дерущихся, и тогда он, герцог Вествольф, увидел трех человек – старика благородной наружности, молодого воина рядом с ним и юношу – худощавого, с тонкой светлой бородкой и ослепленными гневом глазами.
Вот он, день, час и миг откровения!
Все трое – как на ладони! Старый колдун, давний его враг; воин, на которого в Венеции год назад указала ему Матильда; и Дионисий! Ну да черт с воином и стариком! Юнец, вот за кем он охотился века, вот он, ключ к власти над миром!
А они в эту минуту увидели его – и лицо его показалось им звериным ликом! Того, кто вышел к ним из глубин ада. Впрочем, так оно и было. Пройдя через огонь времени, он предстал перед ними в черном доспехе, с рыжим хвостом волос, с мечом в руке. Они увидели того, кто обещал идти за ними всю оставшуюся жизнь, пока не убьет их или не погибнет сам!
Забыв о немеющей ладони, Вествольф направил своего коня в гущу бьющихся людей, где взмывали вверх мечи и топоры, где стремительно таяли обе стороны дерущихся и страшно вопили гибнущие люди.
Под ним убили лошадь, но он успел вовремя подняться и броситься на неприятеля.
– За мной, черти! За мной! – рычал герцог Вествольф, выбивая противников одного за другим и приближаясь к трем грекам.
