– Поэтому ты эту неделю с ним проводила? – Я села рядом и погладила ее по тоненькому плечику. Она мелко дрожала под моими пальцами, словно от холода.
– Я не знала! Он просто сказал, что очень хочет провести со мной побольше времени. Я ничего не спрашивала. А сегодня сказал, что завтра ему надо уже прибыть на пункт сбора. И это был наш последний раз.
– Моя хорошая…
Я обняла ее и держала, пока она, по-детски отчаянно, захлебываясь и пуская пузыри, рыдала в меня.
Подъехал автобус, постоял, закрыл двери и уехал.
Подкатила «бэха» с тремя веселыми парнями, торчащими из окон:
– Эй, девочки, подвезти?
Я только показала средний палец.
Так грустно. Ничем не помочь.
Целый год ждать.
Но через год будет уже другая жизнь. И для него, и для нее.
Это совсем конец.
Мне несказанно повезло. Мой Артем хотя бы со мной. Хотя бы два раза в неделю. Хотя бы раз.
Когда мы все же добрались до Инночкиного дома, первым делом я приняла душ и переоделась в то, что ей было «уже давно велико». Зараза анорексичная. Меня это «велико» обтянуло так, будто я в клуб мальчиков снимать собиралась, а не в лес гулять.
Написала маме СМС о том, что не вернусь. Получила в ответ короткое: «ОК». Ну ладно. По крайней мере, скандал снова откладывается.
Мы взяли бутылку вина и отправились на наше любимое место – крышу недостроенной школы у самого леса.
Сначала болтали о ерунде: ежевике, котиках и грядущей сессии, передавая друг другу бутылку кисловатого вина. Временами Инночка начинала тихо плакать, а я молча ждала, пока она успокоится. Помочь уже было нечем, оставалось только принять.
Потом, полушепотом, тихо, словно кто-то мог услышать, о важном.
– Не пошла его провожать?
– Неа, попрощался так попрощался.
– Можно к нему съездить, когда увольнение будет.
– Он далеко где-то. В Ижевске. Знаешь, где этот Ижевск?
– Понятия не имею.
– Все равно съезжу.
– Сказал бы раньше, могла бы залететь и получить ему отсрочку.
– Да.
– Я шучу.
– А я нет.
– Неужели такая любовь?
– А ты для Артема так сделала бы?
– Конечно.
– Ну вот.
В кармане завибрировал телефон.
Яркий свет экрана ударил по глазам, но имя звонящего я разглядела и разочарованно выдохнула:
– Привет, Паш, что-то срочное?
– Ты не спишь?
– Нет, бухаем с Инночкой.
– Без меня?
– Без всех.
– Понял. Я смонтировал интервью, хочешь глянуть?
– Кидай.
Поползла полоска загрузки, я выбросила сигарету в темноту под ногами – ее яркий огонек затух где-то у самой земли.
Инночка придвинулась поближе, и мы вместе смотрели наше дурацкое интервью и хихикали в тех местах, где Стас рассуждал с очень серьезным видом, а у меня в этот момент шевелились нарисованные ушки и кошачьи усы.
– Это, кстати, третий, Господин Никто, из тех, кого вы мне нашли на том сайте. – Я вспомнила, что не успела толком поделиться своими приключениями.
– Вау, отличный чувак, не зря взяли, – оценила Инночка. – А что он там нормальное фото не ставит? Я бы сама мимо не прошла.
– Эй… – Я толкнула ее в плечо. – Не выходи из роли, ты сегодня страдаешь по Лешику. Стас говорит, что не хочет мордой светить.
– Ну и дурак, отличная морда.
– Ну! – согласилась я, еще раз внимательно пересматривая тот кусочек, где он щурил свои опасные глаза, когда я совсем наглела с вопросами.
Красивый все-таки мужик.
– Нравится? – прозорливо спросила Инночка.
– Нет. – Я закрыла ролик.
– Ах-ха… Ну конечно. Ну скажи – нравится же!
– Он старше на пятнадцать лет! – возмутилась я. – Ему тридцать пять! Когда мне будет тридцать пять, ему будет пятьдесят! В сорок пять я буду ягодка опять, говорят, самый разгар секса, и что он сделает в свои шисссят?
– Далеко планы строишь! – заржала любимая невыносимая подруга.
– Ой, иди ты…
«Посылай на одобрение Вишневскому», – написала я Пашке.
Через полчаса, которые мы потратили на то, чтобы в полной темноте выбраться со стройки, подсвечивая телефонами, мне пришел ответ:
«Вишневский одобрил и прислал план раскрутки. Даст нам денег на ютубовскую рекламу, чтобы выйти на первые строчки в поиске. Кошечка! Это успех! Выпей там за нас!»
«Работай!» – отстучала я, но чувствовала примерно то же самое. Сколько мы ковыряемся с этим чертовым каналом – и вот наконец-то просвет!
Хотелось поделиться хоть с кем-нибудь, но Инночка уже ушла в душ, а она могла там плескаться часами.
И я написала Артему. Он всегда скептически смотрел на наш канал, советовал устроиться куда-нибудь в штат уже раскрученных программ, если мне так хочется заниматься видеоблогингом. Теперь он в нас поверит!
Было всего около двух ночи, а он обычно не спал до трех. Но сообщение так и осталось непрочитанным.
Пятничная смена прошла без Пашки, опять с бледной молью Алиной на подхвате. Точнее, это я была на подхвате – совсем обнаглела и скинула на нее почти все, кроме приема заказов. Потому что постоянно торчала в телефоне, читая Пашкины отчеты о запуске рекламы, новых лайках и подписках, комментариях к выпуску и статистике просмотров. Какой кофе, когда у меня тут вся жизнь может измениться!
