– А вот этот товарищ упал на меня натурально сверху, еле руки успел подставить. Пришлось отбросить телефон, чтобы поймать. – Стас достал из мягкой корзинки крошечного милипусечного дымчатого котенка. Видно было, что его обрили и обрастать нежной шерсткой, похожей на клочки тумана, он начал только недавно. – Пока только спит, ест и мурлычет. Даже когда обрабатываем от лишая и уколы колем – все равно мурлычет. Чего у него только не было: блох сняли больше, чем он сам весил, в ушах целая колония организмов, глисты… Начнешь все сразу выводить – помрет. Не начнешь – сожрут заживо.
Я аккуратно дотронулась пальцем до маленького темного ушка. Угольная Светик-Сатана, спокойно отреагировавшая на котенка, угрожающе набычилась на меня.
– Ярин, осторожнее. С лишаем тебя из кофейни попрут! – озабоченно предупредил Пашка, который все еще стоял в дверях и не рвался тискать каждого пушистика, в отличие от меня.
– Ох… – Я отдернула руку.
– Он уже чистенький, – успокоил меня Стас, протягивая малыша на ладони. – Он тебе очень идет.
– Тебе больше, – завороженно отозвалась я, чувствуя под пальцами тонкие косточки и трепыхающееся сердечко. – Он такого же цвета, как твои глаза.
Только слегка, буквально на миллиметр, приподнятая бровь показала мне, что я, кажется, сболтнула лишнего. К счастью, скучающий Пашка не вслушивался в наши разговоры.
– Ну что, этого берем? – спросил он издалека, вытягивая шею, чтобы рассмотреть, кого я там тискаю.
– Да, Стас, ты не против? Расскажешь, как он на тебя свалился, как лечили, что дальше? Как его зовут, кстати?
– Мы пока не назвали. Он две недели был между тем светом и этим. Никто не решался привязаться. Теперь, наверное, можно, но как?
– Так давайте зрителей спросим? – Я уже завелась. Не терпелось начать снимать. У меня была идея! – Пойдем опять в твою беседку или тут?
– Давайте ко мне, – пожал плечами Стас. – Заодно пообедаю, а то с утра только кофе пью. Погоди, Сатану оставлю.
Ага, он эту кошку тоже не Светиком зовет.
Я хихикнула про себя.
– Привет, я Солнечная Кошка! – Я склонила голову набок, глядя в камеру. Пашка показал поднятый большой палец. – Сегодня мы снова в гостях у прекрасного человека Станислава Вишневского. И у меня есть совершенно сенсационное заявление!
Пашка перевел камеру на сидящего рядом Стаса – он не стал переодеваться, так и пришел в зеленой хирургической куртке, в которой возился со зверями. Крошечный малыш спал на его большой ладони.
Я встала со своего места, обошла Стаса сзади и вынырнула из-за спины.
– Я хочу сообщить всем, кто смотрит наш канал… – мурлыкнула я, опираясь лапками на его плечо. – Что я… Влюбилась!
Вздрогнул даже привыкший ко всем моим выходкам Пашка.
Что уж говорить о Стасе…
– Посмотрите на этого волшебного малыша! Разве можно в него не влюбиться?
Я приняла котенка из рук Стаса, встретившись с ним веселым взглядом.
Он только покачал головой, не сумев сдержать улыбку.
– У нас тут малыш, с которым однажды случилось чудо… И я сейчас не о котенке!
Я скользнула на траву, устраиваясь у коленей Стаса. Пашка чуть сместил камеру, чтобы мы попали в кадр вместе.
– Все началось чудесным майским днем, когда один серьезный бизнесмен вышел из офиса, где обсуждал многомиллионную сделку, чтобы поговорить по телефону. Говорят, хорошие мужчины с неба не падают. Но хорошие котики – вполне!
Я чмокнула дымчатого малыша в носик.
А дальше Стас уже сам рассказал, как вез блохастую мелюзгу в клинику, как мыл его, как кормил его смесью для котят, а тот пытался укусить за палец – требовал мяса!
– И стоп! – крикнул Пашка. – Ярин, подвинься левее, заслоняешь Станислава. Станислав, вам усы кошачьи пририсовать при обработке? Будет забавно.
– Что мне уже терять… – проворчал Стас, каким-то очень естественным движением поглаживая одной рукой котенка по голове, а другой – меня по плечу.
Сегодня я надела тот самый купленный им короткий вышитый сарафан. Открытый, легкий – в самый раз для жаркого дня. Ну и мне показалось, что это хороший тон – показать, что я ношу его подарок.
А он взял и коварно воспользовался тем, что обнаженная кожа оказалась прямо под его пальцами! Надеюсь, Пашка слишком занят, чтобы обращать внимание на такие мелочи.
На краю поляны у беседки появилась Анфиса с подносом, заставленным графинами с лимонадом и тарелками с сэндвичами. Дождалась кивка Стаса и принялась расставлять их на столе. В этот раз не было излишеств – ни пирожных, ни тарталеток. Только нормальная еда, на которую Стас с энтузиазмом набросился, только и успев жестом пригласить нас с Пашкой присоединяться. Я тоже была слишком голодной для церемоний, так что некоторое время мы просто жевали. А котенок сладко спал, хотя ему тоже принесли паштета в розеточке.
После обеда мы продолжили снимать. Стас делился подробностями борьбы за жизнь маленького и тогда не слишком пушистого котика, а я разбивала чересчур серьезные или грустные моменты шутками и дурацкими вопросами вроде: «А вы его на совещаниях в правый карман клали или в левый?»
«В вазочку на столе», – кстати, невозмутимо ответил Стас.
